Книга Средневековый детектив, страница 140 – Владимир Романовский

— Подлец, что и говорить! Разбойник!

Интересно, машинально подумал Хелье, стараясь отвлечься, скольким из них заплатили, а сколько задаром кричат.

В Детина полетели сперва объедки, а затем камни. Камнями баловались вездесущие мальчики младшего возраста. Один камень едва не угодил в лоб коннику, и он вытащил сверд.

— А ну! – сказал он строго.

Толпа отхлынула, а мальчики бросились врассыпную, смеясь.

Детина подвезли к охранникам. С севера приближалась какая-то процессия, не процессия – в окружении ратников четверо холопов несли на плечах массивный стол, а на нем лежащий на боку ховлебенк. По стремительно густеющей толпе прошел говорок. Тут и там мелькали варангские лица – оставшиеся в городе варанги пришли посмотреть, что к чему. Многие новгородцы, заметно осмелевшие в силу того, что варангов в городе заметно поубавилось, неодобрительно ворчали и не боялись даже ненароком толкнуть какого-нибудь ухаря. Оставшиеся варанги хорохорились, но было видно, что чувствуют они себя неловко.

Стол поставили на землю рядом с помостом. Оказалось, что в гуще ратников затерялся тиун Пакля. Теперь ратники расступились, и Пакля, поколебавшись, сел на ховлебенк возле стола и развернул свиток, который он принес с собою. Все эти приготовления, на его взгляд, были излишни, и совершенно зря суд вдруг, ни с того, ни с сего придумали делать у вечевого колокола. Правда, у него дома нынче не все в порядке, служанка исчезла, вместо жены на ложе лежит оракул – может, власти в детинце именно это и приняли во внимание, и перенесли суд из его дома сюда? Впрочем, он давно не судил дома, а все больше в детинце последнее время. Чудит начальство. Тем не менее, все по правилам, все как обычно – инструкции в детинце Пакля получил самые обыкновенные – чью выгоду блюсти – есть истец и есть обвиняемый, будут представлять видоков. Он привычно поерзал на ховлебенке и приготовился.

— Тиун занял свое место, – вел репортаж Малан-младший, – обвиняемый прибыл. Ждут истца.

На гнедом коне к помосту подъехал Ньорор, спешился, отдал поводья одному из ратников.

— Истец прибыл, – объявил бирич.

— Начинается суд княжеский, скорый и правый, – тусклым официальным голосом сообщил Пакля. Бирич зычно и с выражением передал его слова толпе. – Воевода Ньорор, истец, обвиняет купца и строителя Детина в убийстве … э … Рагнвальда, землевладельца и воина.

Слева от помоста началось какое-то движение. Хелье вгляделся. Гостемил раздвигал толпу, делая руками плавные жесты в стороны – будто плыл под водой – прокладывая сопровождавшей его толстой женщине путь, или дорогу, как говорят в Новгороде. Они добрались таким образом до стола тиуна. Ратники хотели их остановить, но женщина сказала им что-то, и они расступились. Наклонившись над столом, женщина обменялась несколькими словами с тиуном, который равнодушно кивнул, а затем встала рядом с Детином. Гостемил, сказав что-то нравоучительное одному из ратников, встал неподалеку, положив левую руку на поммель и поправив правой перевязь таким образом, чтобы удобнее было в случае чего выхватить сверд. Научил его на свою голову, подумал Хелье.

— Что там? Что там? – закричали в толпе, обращаясь к биричу.

— Э … – Малан-младший не очень понимал, что там. – Возможно, это какие-то особые приготовления … А! Да?