Книга Честнее не бывает, страница 58 – Джеймс Хэдли Чейз

— По лицу. Не по голове. Запомни: не голова, а лицо. Понял?

— Может, все же по черепушке, мистер? Чтобы красоту не портить? – хмуро спросил Фел.

— У меня было сотрясение мозга. Бить по голове опасно.

— Ага. – Он снова глянул на Рею. Та сидела неподвижно, с каменным лицом, и внимательно следила за происходящим.

— Я упаду, – продолжал я. – Вы переключитесь на Сидни. Захватите с собой моток двухдюймового скотча. Свяжите его, заткните ему рот. Со мной проделаете то же самое. На столе будет лежать ожерелье. Забирайте его и выметайтесь. – Помолчав, я продолжил: – Вот и все. Проще некуда. Никакого сопротивления, никакой полиции. Если свяжете нас достаточно крепко, просидим там до восьми утра, пока не явится прислуга Фремлина. – Закурив сигарету, я спросил: – Вопросы будут?

— Есть у тебя вопросы? – спросил Фел, обращаясь к Рее. – У меня нет.

— И у меня пока что нет. – Стряхнув пепел на ковер, она взглянула на меня. – Говори дальше.

— У вас должно быть алиби, – продолжил я. – В понедельник утром вы поехали из Люсвилла во Фриско. Рея собиралась поискать там работу, а ты предложил ее подвезти. Вот почему ваша хибара пустовала двое суток, включая ночь ограбления. В пять утра Рея сядет на самолет до Фриско. Ты же пулей помчишься в Люсвилл сразу, как добудете ожерелье. Будешь там в пятницу вечером. Если кто спросит, скажешь, что Рея отправилась во Фриско искать работу. Скорее всего, алиби вам не понадобится, но на всякий случай пусть будет.

— Ага. – Фел кивнул. – Дело говоришь.

Вынув из бумажника дорожные чеки, я бросил их Рее на колени.

— Это покроет твои расходы. Купить билет на самолет до Фриско не проблема. Назовешь вымышленное имя и адрес. Потом сыграешь свою роль. Остановишься в скромном мотеле, поищешь работу. На тот случай, если полиция захочет тебя проверить. Дней через десять вернешься в Люсвилл. Поняла? Через десять дней. Не раньше.

И тут она задала свой первый вопрос:

— Что будет с ожерельем? Сунуть его тебе в карман, как будем уходить? Чтобы ты мог его продать?

— Если думаешь провернуть такое на глазах у Сидни, тебе пора к психиатру. – И я выложил главный козырь: – Заберешь ожерелье с собой. Или Фел припрячет его в своем бунгало. Сами решите.

Прищурившись, Рея удивленно смотрела на меня:

— Не слишком ли ты доверчивый? А если мы сбежим с ожерельем? Ты останешься в дураках, верно?

— Если сбежите? – Я улыбнулся. – Думаешь, вы сможете его продать? Его придется разбирать. Ладно, разберете. На кону миллион долларов. Вам придется искать скупщика. Даже если найдете, он вас облапошит. Вот почему я вам доверяю: могу себе это позволить. Я знаю, что за камни мне без вопросов дадут лучшую цену. А вам – нет. Так что все просто.

Обдумав мои слова, Рея наконец успокоилась.

— Ну ладно, – сказала она. – Что будет, когда ты продашь бриллианты? Ты заберешь ожерелье. Где гарантии, что ты не исчезнешь, а мы не останемся у разбитого корыта?

Думала она примерно в том же направлении, что и я. Предполагая, что Рея задаст этот вопрос, я заранее подготовил ответ:

— Фел вернется домой и будет делать вид, что ничего не случилось. А ты поедешь со мной в качестве секретарши. Будешь в курсе каждой сделки. Узнаешь, сколько я получил за каждый камень. Мне будут платить наличными. После каждой продажи я буду отдавать половину тебе. В общем, мне тебя не обмануть, понимаешь?