Книга Ночи беглеца, страница 115 – Джозеф Уэмбо

— А раньше он никогда не имел дела с кем-нибудь похожим на этого типа? — спросил Линн. — Может быть, он кому-то должен или кто-то должен ему?

— Послушай, сынок, — со вздохом сказал Лео Гришмен. — Такой человек, как Джон Луго, в прошлом имел дело, наверное, с тысячей брюнетов, и лысых, и волосатых. И каждый из них мог считать, что кто-то кому-то должен. Джону сейчас шестьдесят семь, он ушел на покой и пять раз в неделю играет в гольф. Ни с какими сомнительными личностями он больше дела не имеет. Кроме того, чтобы найти Джона Луго, совсем не нужно расспрашивать про похороны его матери — это же надо такое придумать! Всем известно, что у него большой дом на горе, рядом с домом Боба Хоупа.

Линн пристально посмотрел на адвоката.

— Вся закавыка в том, что тот тип даже не знал, как зовут Джона Луго. Он знал только про надгробие — с орхидеями. Это надгробие Джон Луго заказал для своей матери в сентябре прошлого года. Вот так этот тип и вышел на похоронное бюро. Как вы это можете объяснить?

— Вот тут, сынок, ты меня достал. Хоть убей — ума не приложу. Могу только сказать, что в похоронах его матери сам принимал участие. Надгробие с орхидеями — ее предсмертное желание. Поверь мне, я слишком стар, чтобы морочить голову полицейским. Знай я что- нибудь такое, что хотел бы от тебя скрыть, я просто говорить бы с тобой не стал.

— Мистер Гришмен, — сказал Нелсон, поставив на

стол недопитую чашку кофе, — а не связан ли ваш клиент с кем-нибудь из Испании?

— Из Испании? Пожалуй, нет, — ответил старый адвокат, подумав, — Может быть, из Пуэрто-Рико? Несколько лет назад он имел дело с одной фирмой, которая строила курорт неподалеку от Сан-Хуана. А из Испании? Нет.

— А как насчет Ближнего Востока? — спросил Нелсон,

— Не знаю никого с Ближнего Востока, поверьте, — ответил Лео Гришмен. — Джон поставлял торговые автоматы одному местному деятелю родом из Сирии, — может быть, это вам пригодится?

— Может быть, — сказал Нелсон, — А как его имя?

— Знаете, не всякий радуется при виде полицейских, — заметил адвокат.

— Мне вчера изрядно досталось, — сказал Линн Каттер, — и сегодня я чувствую себя так, будто по мне прошелся целый караван верблюдов, да они еще и оплевали меня вдобавок. Но я это дело доведу до конца, только мне нужна помощь. Очень может быть, что вашему клиенту угрожает опасность, и я вас уверяю — этот лысый не из тех, кто прослезится от умиления, когда услышит народные песня Сицилии в пошлом исполнении Бико.

— Бино вовсе не из Сицилии, он мексиканец, а родился в Лос- Анджелесе, — сказал адвокат. — И Джон тоже. Они оба росли в одном районе — в Бойл-Хайтсе, там и в люди выбились, И я тоже оттуда, раз уж на то пошло, только в мое время это еще была еврейская окраина, мексиканцы там почти не появлялись.

— Я хочу сказать, что мы пытаемся поймать человека, который рискует жизнью, чтобы добраться до Джона Луго. Почему бы вам не помочь нам в этом?

Подумав, адвокат сказал:

— В Кафедрал-Сити недавно открылся арабский ресторан, где изображают танец живота, — называется «Феска». Хозяин там сириец по имени Джордж Тиббаш.

Он хороший знакомый Джона. Я позвоню ему, скажу, что вы к нему едете, объясню, в чем дело, и попрошу с вами поговорить. Может быть, он сообразит, какая тут связь с Ближним Востоком или с Испанией. Мне ничего такого в голову не приходит.