Книга Двадцать два несчастья. Том 11, страница 70 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Но что все-таки меня напрягло в этом разговоре?

Так-так… Две дамы, Людмила Чеславна, бывшая циркачка с травмой тазобедренного сустава и нынче успешный ученый, доктор наук, и Тереза Васильевна, которая работает в какой-то непонятной регистратуре, о которой Маруся не хотела говорить, подошли ко мне узнать про свои болезни. Узнала только одна, Людмила Чеславна, которая начала подробно описывать свои болячки, и я ей даже небольшой диагноз поставил. Вторая отнеслась ко мне негативно. Странно, а почему негативно? Но не это меня царапнуло. Не это. А что же тогда?

И точно это не разговор с Людмилой Чеславной. Она мне как раз показалась очень открытым, довольно простым человеком, который прошел через большое потрясение, переосмыслил жизнь и нашел в себе силы жить дальше. И ко всему она относится теперь очень просто, без всех этих подковерных игр. Честно говоря, мне она понравилась.

А вот Тереза Васильевна… Что-то с ней было не так. Хотя она мне ничего плохого не сказала, и даже взгляд у нее был нормальный, но вот что-то меня напрягло…

Вот только что?

Я прокручивал разговор еще и еще раз. И вдруг понял: меня царапнула фамилия! Точно! Фамилия! Ее сын — нотариус Лещенко. Как там Людмила Чеславна его назвала? Виктор Лещенко. А ведь Караяннис не раз говорил, что Ирина привозила того актера, который заменял меня, именно к нотариусу Виктору Витальевичу Лещенко!

О как! А ведь вечер перестает быть томным.

Я улыбнулся и решил срочно включиться в общую вакханалию этого скучного журфикса. Пусть даже я проспорю сам себе это пари.

Шагнув обратно в холл, где весело проводили время гости этого дома, я поискал нужных мне людей и обнаружил их немножко в стороне.

К моему счастью, профессор психологии Леонид Ксенофонтович, и Яраги Ярагиевич из НИИ социологических исследований стояли рядышком и спорили с Кондратом Зигмундовичем. Я вспомнил, что тот возглавляет психбольницу. Замечательно! Просто великолепно. О большей удаче я не мог бы и мечтать.

И направился прямо к ним. Они о чем-то азартно дискутировали. Прислушавшись, я понял: о футболе. Дождавшись небольшой паузы в разговоре, я сказал:

— Извините, коллеги, позволите вас на минутку отвлечь?

— Что такое? — буркнул Яраги Ярагиевич.

Все трое повернулись ко мне с не очень довольными лицами.

— Считаю, что мне сейчас повезло, — сказал я. — Трое специалистов из смежных дисциплин собрались здесь. Поэтому, пользуясь случаем, хочу загадать вам такую загадку из моей практики. И если можно, пусть каждый из вас скажет свою точку зрения, причем именно с профессиональной позиции.

— Ну-ну, — сказал Яраги Ярагиевич и прищурился.

Остальные промолчали, но посмотрели уже с интересом.

— Так вот, — начал я. — Я работаю в республике Марий Эл, в поселке городского типа Морки, это райцентр. Рядом находится деревушка. Называется Чукша. Деревушка совсем крошечная, но в ней есть своя амбулатория. Да и живет там всего пара десятков человек — в основном марийцы. И вот интересная ситуация. Есть, значит, там две женщины. Довольно молодые, примерно мои ровесницы…

Притормозив, я убедился, что они внимательно слушают. Все-таки хорошего ученого всегда можно завлечь интересной задачей или разговором на тему из его области знаний.

— Так вот, — продолжил я. — Одну зовут Раиса. Райка. Всю жизнь она прожила в Чукше, с детства ухаживая за больной матерью и лежачим дедом. Она лет пятнадцать их и мыла, и кормила, и убиралась, и стирала… все было на ней. Понимаете, в деревне нанять социального работника нет ни денег, ни возможностей. Ко всему Райка держала хозяйство, причем приличное, там и коровы были, и утки, и огород.