Книга Двадцать два несчастья. Том 7, страница 129 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Но тетя Нина…

— А как же контроль? Как я могу контролировать, если буду сидеть в этих норках?

— Не в норках, а в Морках, — засмеялся я.

— Да неважно, в Морках, в норках — один черт, — отмахнулась она.

Я раздал указания, и мы вернулись обратно.

* * *

На работу, само собой, я опоздал. Первым делом пошел к Александре Ивановне — повиниться и спросить, как могу компенсировать два часа рабочего времени, которые потратил на гостей и осмотр санатория.

Когда я постучал и вошел, она сидела за столом и что-то набирала на компьютере.

— Подождите секунду, — кивнула она мне. — А то собьюсь. Надо в экселевскую табличку вбить данные для статистики, Росстат требует. А у меня цифры плывут…

Я присел на стул и терпеливо ждал, пока она закончит переносить из журналов данные в компьютер. Наконец она сохранила файл и подняла на меня чуть покрасневшие, уставшие глаза.

— Что случилось?

— Александра Ивановна, — начал я. — Я опоздал, прогулял практически два часа рабочего времени, поэтому готов отработать в мое личное время, на выходных или вечером. Как вы скажете.

— Ох, если бы все так себя вели, — усмехнулась она и покачала головой. — А я ведь даже не заметила, что ты отсутствовал, Сергей Николаевич, из-за этого чертового отчета. Где ж ты был? Боюсь спросить, опять в Казань ездил?

— Нет, — усмехнулся я. — Наоборот, из Казани приехали первые сотрудники, которые будут работать в санатории.

— О как! — с еле сдерживаемым любопытством посмотрела на меня Александра Ивановна. — Интересно… А что за сотрудники, если не секрет? И если санаторий еще не начал работать и там еще ничего не сделано, что же они будут делать?

— Приехал мой юрист, — объяснил я. — Завтра идет в администрацию, в отдел имущественных отношений — запускать оформление земли под санаторий. А с ним Нина Илларионовна. Она у нас в Девятой казанской работала… — подумав, я все же не стал утаивать, — уборщицей. Но до того, до пенсии, работала главным бухгалтером. Согласилась переехать сюда и взять на себя бухгалтерию, кадры, контроль бригады… В общем, мой человек на месте, пока меня нет.

— Ничего себе, — удивилась она. — Ну, пока не началась работа у вас там, что она делать будет?

— Я пригласил ее пожить у себя в доме, который снимаю у Анатолия. Знаете такого?

— Знаю, — кивнула Александра Ивановна.

— А я поживу пока в летней кухне. Продукты есть. А когда санаторий заработает, она перейдет туда.

— Значит, говорите, уборщица? И работала в казанской больнице? — задумчиво побарабанила пальцами по столу Александра Ивановна, а потом подняла на меня глаза. — Смотрите, такой вопрос. Венера Эдуардовна сейчас проживает в Морках, так как есть опасность, что ее брат Тимофей с ней может разборки устраивать. Поэтому мы пока ее определили в гинекологическое отделение медсестрой — там сейчас Наташа ушла в отпуск, и она заменит ее на этот месяц. А в Чукшу ей пока лучше не ездить. Поэтому там, получается, вообще никого нету. Мы можем вашу эту тетю Нину, или как там ее зовут…

— Андреева Нина Илларионовна, — подсказал я.

— Вот, мы можем Нину Илларионовну определить пока в Чукшу. Там зарплата небольшая, но за месяц она сможет тысяч пятнадцать-двадцать получить.

— Но она не санитарка, — возразил я. — И тем более не фельдшер.

— Ну, вы же там будете продолжать работать два раза в неделю. А уже остальное — вести пациентов, направлять сюда — сможет пока и она, — пожала плечами Александра Ивановна. — Раз бухгалтером работала, с журналом разберется. Это то, что я могу для вас сделать и как пойти навстречу.