Книга Двадцать два несчастья. Том 7, страница 127 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Хорошо. Кстати, у нас, кажется, появился еще один инвестор, — поделился я и рассказал ему об Алисе Олеговне.

Наиль слегка удивился:

— Вы все-таки и ее уговорили, Сергей Николаевич! Представляю, как Виталий Аркадьевич взбеленился!

— Насчет «взбеленился» пока не в курсе, да и вряд ли мудрая женщина Алиса станет делиться подобным с ним. Разве что опять будет помутнение какое-нибудь. Ретроградный Меркурий…

— Вы правы, — улыбнувшись, кивнул Наиль. — В общем, с Алисой Олеговной та же схема: вносит вклад деньгами или имуществом, мы увеличиваем капитал и выделяем ей долю. Размер пропишем в решении пропорционально вкладу.

Помолчав, он добавил:

— Главное сейчас не доли, Сергей Николаевич. Главное — земля. Пока участок частично в границах ООПТ, лицензию на недропользование нам никто не даст, а с арендой все равно упремся в режим охраны территории. Процедуру изменения границ ООПТ и режима использования формально инициирует район, но согласовывать все будут в Йошкар-Оле. Завтра иду в отдел имущественных отношений администрации — уточнить, как они предлагают запускать процедуру через республику. Параллельно готовлю заявку на торги, чтобы Косолапов не проскочил первым.

На том и порешили. Тем более раз Карасев сказал, что поддержит, значит, вопрос с Косолаповым и ижевскими будет тоже снят. Насчет бандитов я особо не переживал, потому что, если Михалыч заинтересовался, значит, это тоже будет отработано. Как сказал Чингиз, тут его головная боль. Как хорошо делегировать полномочия, когда проблемы за тебя кто-то решает!

— Я хочу уже посмотреть санаторий, — нетерпеливо сказала тетя Нина, первой покончив с завтраком.

В этот момент Валера, который на пару с Пивасиком подозрительно затих в комнате, возможно, стесняясь гостей, вышел на кухню, настороженно обнюхал воздух и уставился на тетю Нину.

— Иди сюда, — сказала ему она и махнула обветренной рукой.

К моему удивлению, Валера сразу же подошел и ловко запрыгнул ей на колени.

— Какой хороший котик, — ласково улыбнулась тетя Нина, и Валера расплылся мурчащим ковриком под ее руками. Она его гладила, а он мурчал, словно мелкий жуликоватый трактор.

— Предатель малолетний, — неодобрительно буркнул я, потому что, когда в последнее время гладил Валеру, он уже такой восторженности не проявлял. Вообще, Валера на меня явно обиделся, как-то вот совершенно от меня дистанцировался. — Суслик!

— Кар-рамба! — крикнул Пивасик и залетел на кухню. Уселся на подоконнике, завертел головой, разглядывая гостей. — Не паникуй!

— Ух ты, — улыбнулся Наиль. — Какой прикольный попугай.

— Сам ты суслик! — огрызнулся Пивасик.

— А почему он такой общипанный? — сказала тетя Нина и протянула руку, чтобы погладить Пивасика.

Тот щелкнул клювом, и я уже испугался, что он сейчас долбанет тетю Нину по руке, тем более недавно там ей делали операцию. Но женщина спокойно погрозила ему пальцем:

— Но-но, не балуй, — сказала она, погладила его по взъерошенной голове, провела ладонью по спине и огорченно попеняла: — Что же ты общипанный такой, цыпонька?

— Червяк, — грустно сказал Пивасик и опустил голову.

— Ничего, я знаю, как надо кормить курей, чтобы у них перья отрастали после линьки. Не думаю, что ты, малыш, от них чем-то отличаешься. Поднимем и тебя. Не бойся, тетя Нина тебя не бросит.