Онлайн книга «Сбор урожая»
|
— Смейся молча, — сказал я. — Работает же. Во дворе высоток я увидел четверых людей у подъездов. Не доверяют, и правильно. В оконном проеме наверху стоял Барта и смотрел на меня. Ночью я так же смотрел на него. У ближней арки, прихрамывая, куда-то шел Груич. Увидев нас, он и шагающий впереди испанец остановились. — Центр в эфире сказал, что ты снял девять человек за сутки, — проговорил Витек, поскрипывая снегом и не поворачивая головы. — У кого была рация, тот слышал, а кто не слышал, тому пересказали. — Не все девять фрагов мои, — честно ответил я. — Я знаю. Но остальные-то не в курсе. Но ты не дергайся, Ден. Тут никто никого не трогает без моего разрешения. — Ты создал клан? — Сам знаешь, что это невозможно, мой клан в Самаре, — отрезал он. — А тут — лагерь. Кто дошел, тот и живет. Дунайцы, сербы, испанцы, двое наших. Союз, если сказать по-умному, а если по-честному, то колхоз. — Скажи, а Света… Он зыркнул исподлобья и ушел от ответа. В чем он меня подозревает? Что я — это не я? В том, что Жатва меня оскотинила? — Витя, — сказал я. — Сегодня точно не первое апреля? Остановившись возле подъезда, он просканировал меня взглядом и сказал: — Не первое, я проверял. Все то утро проверял. В подъезде было темно и пахло людьми: сырой шерстью, ружейным маслом, кислой едой. Живот заурчал. Возле шахты лифта на сваленных матрасах спал человек в бушлате, укрытый с головой, у стены стояли санки с канистрами и бензогенератор. На перилах сушились носки. Это они за три дня, что идет Сведение, так обжились? Странно… — Мужики, у нас гость, — предупредил своих бойцов Витек и повернул назад, а я последовал за ним на улицу. Контора управляющей компании занимала половину первого этажа высотки, что стояла в середине двора: стойка с окошком, два стула и стол. Поверх списков должников были приколоты фотографии. Обычные, из телефона, распечатанные на конторском принтере — его, судя по проводам под столом, запитали через автомобильный инвертор. Женщина с ребенком на руках, старик у забора, две девчонки в одинаковых куртках, собака. Под каждой — имя и цифра. Я не сразу понял, что цифра — уровень, и что это не люди из лагеря. Это те, ради кого люди из лагеря еще живы, а значит, когда узнают, что в живых останется кто-то один, будут рвать глотки друг другу, в первую очередь Витьку. Окно было зашито фанерой, как и все прочие, печки не было, зато имелся еще один бензогенератор. Зрячий поставил мою СВД и ружье Мустафы в угол за стойкой, и занял пост у двери. Витек сел на стул, второй толкнул ко мне ногой. — Садись, Ден. Разговор будет долгий. — И добавил, не оборачиваясь: — Зрячий, позови Аминату. Зрячий вышел. Витек разглядывал меня: доспех, подгузники на ногах, биту в чехле. Я разглядывал его: шестьдесят девять уровней, хвост, бородка и бегающий взгляд, какой приписывают людям, у которых совесть не чиста. — Нормально так ты прокачался, — оценил я. — Круто, че. — Было чем заняться, — сказал Витек и пожал плечами. — Вот уж кого не ожидал увидеть, так это тебя, моль ты офисная. Тебя должны были в первый день положить, как так-то? — Выраженное антивиктимное поведение, — отшутился я и сменил тему: — Ваня в твоем клане? А Света… По тени, пробежавшей по лицу Витька, я понял, что она или обратилась, или мертва, и ему больно это вспоминать. |