Книга Во имя веры, страница 58 – Денис Моргунов, Ольга Головачева

Я открыла глаза, с трудом фокусируясь на том, кто прервал мои ужасающие сновидения. Худой жилистый мужчина лет сорока сидел возле кровати. Длинные седые волосы, собранные в аккуратный хвост, идеально гармонировали с комбинезоном такого же бетонно-серого оттенка. Казалось, в этом человеке нет ничего необычного, если не смотреть в глаза. Пустые и белые, как у той, что нашла пристанище в моих грезах. Нет, он не был слеп – напротив, казалось, что он видит тебя насквозь, заглядывает глубоко в душу и от него не утаить даже самых страшных тайн.

— Здравствуйте… – хрипло произнесла я, откашливаясь после долгого молчания.

— Воспитанная, – добавил мужчина. – Приятно встретить интеллигентного человека. Тебя зовут… а впрочем, не имеет значения. Все имена, что даются за пределами Зоны, ложные. Истинное ты обретешь здесь. Священный Обелиск укажет его. Меня же можешь звать Настоятель. Познакомились, а теперь встань, я хочу получше тебя рассмотреть.

— Но я… – Просьба человека казалась совершенно глупой. Неужели он не видит… стоп…

Я бросила взгляд на укрытые шерстяным одеялом ноги. Их более не стесняла металлическая клетка винтов, спиц, болтов и грузов. Это невозможно! Или прошло много времени, или… Даже при самом высококлассном лечении невозможно восстановить такие травмы за столь короткий срок.

— Встань! – напористо приказал Настоятель. – Брат Гаал, помоги ей.

Гаал все это время был неподалеку, и ему не пришлось повторять дважды. Приблизившись к кровати, он протянул руку и подхватил меня за талию. С неприятным хрустом в суставах я поднялась, едва удерживая равновесие от внезапно возникшего головокружения.

— Неплохо, – удовлетворенно кивнул Настоятель. Еще пара недель, я полагаю, и можно будет принять нашу сестру в семью.

— Так точно, Настоятель, – согласился Гаал, быстро проверив мои рефлексы и степень восстановления нервных волокон.

— Поручаю тебе направить сестру на путь Обелиска, – распорядился седой мужчина и обратился ко мне: – Теперь ты дома, дитя. Ты проделала очень долгий путь и прошла через множество испытаний. Осталось последнее: Обелиск даст тебе имя, и ты все вспомнишь. Он отделит ложь от истины, и ты обретешь благословение Его.

Настоятель поднялся на ноги и вышел из комнаты, оставив нас с Гаалом наедине.

Вскоре мне довелось убедиться в необходимости огромного заряда энергии и жизненных сил. Стоило лишь немного окрепнуть, как за меня взялись всерьез.

Впрочем, это не доставляло особого морального дискомфорта – напротив, возможно, даже в прошлой жизни я никогда не была окружена таким вниманием, как сейчас.

После Всплеска я очнулась будто новорожденным младенцем, без воспоминаний и с ощущением потерянности. Однако рядом оказались те, кто не позволил мне утонуть в водовороте нахлынувших многочисленных потоков информации и событий.

Когда Гаал окончательно удостоверился, что я могу твердо и уверенно стоять на ногах, он передал руководство воспитательным процессом строгому, воинственному брату Айзеку, под чьим контролем я училась вновь держать в руках оружие, пользоваться сложным оборудованием защитных костюмов и средств связи, познавать основы тактики, стратегии и разведки, ощущать на себе и пытаться противостоять приемам рукопашного боя. Иногда казалось, что под бронированным стеклом шлема скрывается вовсе не человек, а какой-то биоробот. Айзек не знал усталости и не позволял почувствовать ее другим, не делая скидку даже на едва зажившие травмы. Быстрый и неуязвимый, он не делал поблажек и не слушал просьб о хотя бы нескольких минутах отдыха.