Книга 44–ая реинкарнация злодея, страница 67 – Алекс Го

Но мир и в этот раз нашел способ, как избавиться от него. Весной в город пришли погорельцы - беженцы из деревни, сожженной разбойниками. Они принесли с собой не только горе, но и болезнь. Сначала кашель, потом жар, потом кровь на губах. Никто не лечил беспризорников, их тела, в лучшем случае, просто вывозили за город и сжигали. Более благополучные слои населения могли позволить себе врачей и лекарства, поэтому болезнь их почти не затронула, а уж в Тяньшу о ней и вовсе не слышали.

Хань Ян чувствовал, как слабость разливается по телу, как жар пожирает изнутри. Он лежал в углу, завернувшись в рваное одеяло, и смотрел, как другие умирают один за другим. Он знал, что это конец очередного перерождения.

Еще несколько раз он пробовал разные варианты - уезжал подальше от ордена при первой же возможности, или селился не в городе, а в близлежащей деревне, но судьба снова и снова отправляла его на перерождение всевозможными способами. Однажды он просто лег спать, а проснулся уже на экзамене в Тяньшу и понятия не имел, что случилось.

В очередной жизни он решил ступить на путь темного совершенствования сразу же, вместо того, чтобы ждать, пока его тело достаточно окрепнет, а наследие пробудится. Это было сложно. И не только потому, что будучи десятилетним доходягой трудно поймать хотя бы кошку, не говоря о ком-то более крупном. Но еще и из-за того, что темное совершенствование сильно сказывается на здоровье, как телесном, так и душевном.

Однако в этой жизни он сумел прожить дольше всего - до семнадцати лет. Он притворялся бродячим заклинателем и постоянно путешествовал от города к городу, избегая те поселения, где можно наткнуться на праведных совершенствующихся. Но ему все труднее было скрывать свое безумие и жажду крови. Пожалуй, если бы его не задрал неизвестно откуда выскочивший шипастый тигр, то его все равно вскоре убили бы. Все же это была не самая хорошая идея - задержаться подольше в деревне, где он собственноручно устроил жуткую резню. На запах крови рано или поздно пришли бы или хищники, или стражники из ближайшего города.

Очередное перерождение началось точно так же, как предыдущие. Он распугал хулиганов и остался на месте, наслаждаясь тем, как тихо стало в его голове. Никаких чужих голосов и криков, только его собственные мысли. Правда, мысли эти были все сплошь невеселые.

Кровь во рту была знакомой, как вкус поражения. Хань Ян лежал на земле, не шевелясь, ощущая, как холодная трава прилипает к его разбитому лицу. Он уже не помнил, сколько раз переживал этот момент - возрождение, избиение, унижение, раз за разом в разных вариациях.

И вдруг над ним кто-то наклонился, встревоженно переговариваясь, но Яну было все равно

— Эй, ты живой? - тонкий девчоночий голос прозвучал сверху.

Он не ответил. Может, если притворится мертвым, они уйдут.

— Да живой, смотри, дышит! - еще один голос.

— Надо помочь, - сказала третья, и ее Хань Ян узнал.

Он приоткрыл один глаз. Перед ним стояло пять девчонок. Одна - Ли Мэйфан. Она смотрела на него с беспокойством, но не узнавала - конечно, ведь с этой Мэйфан они еще не встречались. Ее глаза светились решимостью, а губы были плотно сжаты, будто она мысленно уже составила план спасения.

Рядом с ней - четыре других девочки. Двоих он, кажется, смутно припоминал, они вроде бы учились на другом пике, а еще две были совершенно не знакомы.