Книга Повелитель Стихий. Том 3, страница 72 – Ярослав Сай, Сергей Полев

Тайлин осадил барса и поднял руку. Отряд встал.

— Коридор пропал, — с побледневшим лицом пробормотал он. — Не может быть!

— Может, просто компас сломался? — участливо посочувствовал я. Особо я не переживал — как показала практика, пройти через бурю у меня есть все шансы.

— Не может быть, — покачал головой Тайлин. — Слишком резко всё произошло, для поломки просто не было причин.

Были причины или нет — совсем скоро стало не до этого. Буря дала нам минут пять. Этого хватило, чтобы восемь всадников успели сбиться в кольцо вокруг стража. Марево слева стало гуще, следом справа, а потом всполох ударил прямо в середину кольца, в снег, отчего тот взлетел столбом.

Барс под Ольмой встал на дыбы. Ещё один шарахнулся вбок и сбросил седока. По нагрудникам пошли вспышки, одна, вторая, потом сразу несколько, звери прижимали уши и рвались из кольца, всадники их держали.

— Возвращаемся! — вскрикнула Ольма.

О, оказывается она умеет говорить что-то, кроме «нет».

— Не получится, — Тайлин показал компас. Игла плыла по кругу. — Коридор исчез, как спереди, так и сзади.

Ольма посмотрела на него, потом в Бурю, потом снова на него. Помолчала.

— Дай-ка сюда, — слез я с барса.

Тайлин отдал чашу без спора. Быстро осмотрел компас — первичный осмотр ничего не показал. Вероятно, если бы было время, я бы смог найти причину сбоя, но вероятно совсем скоро эларии начнут превращаться в ледяные скульптуры. Поэтому стоило брать инициативу на себя.

— Я пойду впереди. Держитесь за мной, шаг в шаг, зверей ведите на поводу.

— Человек, — Тайлин смотрел на меня так, что диагноз читался без слов. Придурок, который поверил в себя. — На что ты надеешься? Наугад из Бури не выйти.

— А что ты предлагаешь еще? — усмехнулся я. — Сколько ваши доспехи держат осколки без передышки? Час, два? Ничего не делать — верх тупости. А я, если ты вдруг не понял по дуэли, до одурения везучий. Вдруг повезет и сейчас.

Тайлин не ответил, и этого хватило. Нить пошла вперёд.

Пятнадцать метров, дальше она не достаёт, но в Буре и пятнадцати много. Марево вокруг лежало клочьями. Где-то чуть гуще, где-то чуть реже. И по этим прорехам и правда можно было пройти.

Интересно, это у всех Бурь имеется такая особенность, или же только здесь, в плотных метелях Нижних земель появляется разная плотность? Спрошу потом, если не забуду.

Полоска прорех уходила влево, метров через десять загибалась, и я пошёл по ней.

За спиной заскрипела упряжь, захрустел снег. За мной пошли без вопросов.

Шаг в шаг никто не шёл, но держались кучно. Я вёл нить впереди, как палку слепого, и каждые десять шагов менял направление. Влево. Прямо. Снова влево. Опять прямо.

Где-то через час осколок Бури всё-таки поймал меня, несмотря на все мои попытки идти по безопасным местам.

Фиолетовый росчерк из-под снега, вспышка в глазах, и по телу от макушки до пяток прокатился разряд. Волосы встали дыбом, мышцы дёрнулись. А по груди, как всегда, разлилось тепло, и озеро в сопряжении слегка плеснуло на берег.

Я передёрнул плечами, стряхнул снег с рукава и пошёл дальше.

Вот только сзади стало тихо. Даже упряжь перестала скрипеть. Потом Тайлин коротко и сипло сказал что-то на своём. Я не разобрал, но короткое шипящее слово в этом «что-то» было. Наверняка то самое.

Шли до темноты. Марево редело понемногу, а нить с каждым часом находила проход всё легче. Когда стемнело, Буря осталась за спиной и светилась там в своё удовольствие, а впереди из снега поднялись горы. Две цепи пиков, одна за другой, чёрные на фиолетовом. Всё по карте.