Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 116 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Смерть. Концентрация стихии смерти в этом хрупком теле была настолько огромной, что я вначале подумал, что чувства меня обманывают. Нечто похожее я встречал всего однажды, и естественно не в человеке — такие же эманации исходили от колонны под Тарнисом, куда главный злодей годами сливал стихию. А тут девушка сидит на скамейке и смотрит на луну. Да как⁈

Даже если она крайне сильная единенная — единённого, пока он не черпает силу из сопряжения, отличить от обычного человека невозможно.

Эманации же клубились вокруг нее просто так, не поддаваясь никаким разумным объяснениям.

Может, Ларика носит артефакт? Нить прошлась ещё раз, медленнее. Никакого артефакта я не нашёл:ю, стихия находилась в самом теле, заполняя его от ног до кончиков пальцев.

— О чём задумался, Фальк? — неожиданно отвлекла меня от мыслей эларийка.

— Да так… — я не успел ничего ответить, а девушка уже задавала следующий вопрос.

— Долго ты ещё пробудешь в Ксэдрине?

— Пока не пойму, что город дал мне всё, что мог.

На этот раз Ларика меня не перебивала. Да что с ней не так?

— Тогда ты уедешь быстро. Для того, кто ищет новое, город маленький.

— А ты? Никогда не хотела отсюда уехать?

— Хотела. Еще давно, в детстве, — она наконец повернула голову, и я впервые увидел её глаза прямо. Они были светлыми и такими же выцветшими, как кожа. Сам взгляд был крайне глубоким и тяжелым, словно взгляд старика.

— А почему не уехала? — сохраняя спокойное выражение лица, продолжил наш странный диалог. Вот только ответ вывел меня из равновесия еще сильнее.

— Смерть внесла свои коррективы, — заметив, что на моей маске спокойствия пошли трещины, Ларика неожиданно рассмеялась. — Да не волнуйся ты — я вполне живая. Но совсем ненадолго — скоро уже умру.

Мда… Не знаю точно, что не так со стихийными эманациями, но в том, что эта девчонка порядком двинутая, сомневаться не приходилось.

— Почему? — продолжил я, вернув на лицо спокойное выражение.

— Болезнь. Неизлечимая. Теперь просто жду, — она снова подняла лицо к луне. — И не делай такое лицо — рано для сочувствия, ты меня знаешь от силы минут десять.

Вот чего чего, а сочувствия я точно не испытывал. Лишь желание понять, что вообще здесь происходит.

— У меня для тебя кое-что найдётся.

Пространственное кольцо выплюнуло на ладонь флакон, расписанный золотистыми узорами. Вода жизни. Когда-то в пещере с Цветком Слёз Кланн выставил её залогом на жребий, а отбить обратно не сумел. Флакон ценой в десять стихийных кристаллов остался у меня.

Сейчас он уже не представлял такой ценности, как изначально — теперь десять кристаллов для меня просто пшик.

Я протянул флакон Ларике:

— Попробуй выпить.

Она посмотрела на золотистые узоры, на меня. В её глазах не было ни надежды, ни испуга, только спокойное понимание.

— Дорогая вещь. Убери. Мне уже ничего не поможет, а ты на меня просто так потратишься.

— Если бы это было для меня дорого, я бы не стал помогать, — помотал я головой. — Сама же сказала — мы знакомы от силы десять минут.

— Упрямый.

Девушка чуть заметно усмехнулась и взяла флакон тонкими пальцами, отвернула крышку, после чего выпила до дна, больше ни о чём не спрашивая.

Я смотрел во все глаза и держал нить воли рядом.

Ничего.

На выцветших щеках не появился румянец, в море смерти, заполнявшем её тело, не произошло ни малейшего сдвига. Стихия жизни, способная поднять на ноги умирающего, растворилась в ней без следа, как кружка кипятка в проруби.