Книга Исцеление вечности, страница 43 – Джули Кагава

Миновав несколько улиц и пару раз едва избежав крупных неприятностей — солнце меж тем уже вот-вот должно было появиться из-за крыш, — я протиснулась в знакомую дыру в сетчатой ограде на границе заросшей парковки. От одного вида приземистого трехэтажного здания за пустырем в горле набух комок. Дом. Когда-то это место было моим домом.

Тут, окрасив крыши в ярко-оранжевый, здания озарил ослепительный свет, и мы побежали.

Просто чудо: на парковке нас не поджидали никакие безумцы. Нырнув сквозь дверь в темноту коридора, я облегченно привалилась к стене.

— Славное местечко, — заметил Шакал, ссутулившись у другой стены, там, где стояли ряды ржавых шкафчиков. Бросив взгляд на темный проход с множеством дверей, он скривился: — Дай догадаюсь: больница? Или психушка.

— Это школа, — закатила я глаза. — Точнее, была школа до эпидемии. — Я отошла от стены. Теперь, когда солнце взошло, мной овладели усталость и сонливость. — Сюда. Тут есть подвал — мы туда забирались, когда из Внутреннего города выходили вампиры.

— Мы? — Шакал поднял бровь.

Я поморщилась, осознав свою ошибку, и ничего не ответила.

— Выходит, — продолжил Шакал, следуя за мной по коридору и с интересом озираясь вокруг, — здесь ты жила, когда была кровяным мешком.

— Вот же дались тебе эти два слова.

— Какие? — удивленно спросил Шакал.

— «Кровяной мешок». У тебя все люди — кровяные мешки. — Я свернула за угол — здесь было еще больше щебня и обвалившейся штукатурки. — Ты забываешь, что сам когда-то таким был.

Теперь пришла очередь Шакала закатить глаза.

— Слушай, сестра. Я вампир уже давно. Может, не так долго, как Кэнин, но уж точно дольше тебя. Поживи так парочку десятилетий — и да, все люди станут на одно лицо. Как коровы. Разумные, говорящие куски мяса. — Он поднырнул под перегородившую коридор балку, едва не задев ее. — Конечно, я не всегда так думал о людях, но время меняет наши убеждения.

От удивления я остановилась и обернулась на него:

— Серьезно? Ты?

— Тебя это шокирует? — Губы Шакала изогнулись в довольной ухмылке. — Ну да, сестра. Когда-то я был как ты. Все беспокоился, как бы не навредить бедным беззащитным человечкам, брал от них ровно столько, сколько было необходимо, страшно боялся потерять контроль над собой. — Он покачал головой. — А потом как-то ночью нам с Кэнином встретилась компания людей, которые захотели нас убить. И мы всех их порешили. Это было как пауков давить. — Он усмехнулся, показав клыки. — Тогда-то я и осознал, что нам предназначено править людьми. Мы можем делать что хотим, а они не могут нам помешать. Какой смысл отрицать свою природу? Мы те, кто мы есть. Так что да, — закончил он, не переставая усмехаться. — Я зову людей кровяными мешками. Мне не нужно знать их имена, есть ли у них семья и какой их любимый цвет. Потому что я либо переживу их, либо вскрою им глотку и выпью всю кровь до последней капли. И стоило мне это осознать, как жизнь стала намного проще.

— Ты сдался, — бросила я ему. — Ты просто не мог больше бороться.

— А ты не думала, что это не просто так? Потому что бороться и не нужно! Зачем мне сопротивляться собственным инстинктам?

— Чтобы быть вампиром, не обязательно быть кровожадным ублюдком.

Шакал фыркнул.

— Ты сама-то в это веришь? — насмешливо спросил он. — Даже Кэнин в это не верил, а он был самым мягкосердечным придурком из всех, кого я знал. Точнее, пока я не встретил тебя. — Я мрачно покосилась на Шакала — он лишь ухмыльнулся в ответ. — Но ты не сдавайся. Тешь себя этим милым враньем. Я лишь надеюсь, что смогу посмотреть на твой крах.