Книга Бесконечная песнь, страница 4 – Джули Кагава

Он кое-чего не знал. Мне было плевать на Эдем. Мне было плевать на вирус, на лекарство, на всю вселенную. Мне было безразлично, смогут ли люди излечить бешенство, смогут ли они остановить новую эпидемию Саррена. Люди больше ничего для меня не значили. Они были пищей, а я была вампиром. Я прекратила притворяться, что я не чудовище.

Но я была твердо намерена убить Саррена.

Он должен был умереть за то, что сделал, за то, что уничтожил. Я собиралась разорвать его на куски, заставить его страдать. Той ночью в Нью-Ковингтоне, когда мы вступили в последний бой с безумным вампиром, нас было четверо. Той ночью я отсекла ему руку, и он скрылся во тьме – но вернулся для того, чтобы совершить свое самое отвратительное деяние. Нас было четверо: я, Шакал, Кэнин… и еще один. Но я больше не могла о нем думать. Его больше не было на свете. А я осталась чудовищем.

— Эй.

Шакал внезапно замедлил шаг и поравнялся со мной – я шла чуть позади темного, плотного силуэта Кэнина по дороге, что тянулась по замерзшим равнинам. Застава и ее убитые обитатели остались далеко позади, и запах крови наконец-то растаял на ветру. Однако это не утихомирило Голод – я даже сейчас чувствовала эту нескончаемую пульсирующую боль, при малейшей провокации готовую разрастись в адское, дикое, злобное желание. Мой Голод злился даже на Шакала, на то, что тот не человек, что я не могу развернуться и вонзить клыки ему в горло. Шакал, к счастью для него, об этом не знал.

Я сделала вид, что не слышу, и продолжила глядеть прямо перед собой – я была не в настроении выслушивать отвратительные колючие остроты. Но это, конечно, на моего кровного брата никогда не действовало.

— Ну так что, сестра, – продолжил Шакал. – Я тут подумал. Когда мы наконец изловим Саррена, как ты думаешь, нам следует прикончить старого ублюдка? Я считаю, надо его мучить и калечить, пока будут силы. – Он прищелкнул пальцами. – Погоди-ка, может, нам привязать его так, чтобы половина тела была в тени, а половина на солнце, это всегда занимательно. Несколько лет назад я такое провернул с одним бессмертным уродом, который меня достал. Свет начал жечь его ноги, потом постепенно дополз до лица, и прошло порядочно времени, прежде чем он окочурился. Под конец он вопил, умоляя меня отрезать ему голову. – Шакал фыркнул. – Хотел бы я посмотреть, как Саррен будет так умирать. Если только это не нарушит твою тонкую душевную организацию.

Он ухмыльнулся, взгляд его золотистых глаз обжигал мне висок.

— Просто хотел предостеречь тебя, сестренка, на тот случай, если ты захочешь проявить сердобольность. Конечно, если у тебя есть какие-то предложения относительно того, как нам прикончить старого психопата, я с удовольствием выслушаю.

— Мне все равно, – сухо сказала я. – Делай что хочешь. Мне плевать, главное – чтобы я могла нанести последний удар.

Шакал фыркнул:

— Ну это как-то не весело.

Я не ответила, ускорила шаг, чтобы оторваться от него, но Шакал тут же пошел быстрее, чтобы не отставать.

— Брось, сестра, куда девалась та омерзительная высокая нравственность, которой ты тыкала мне в лицо каждые две секунды? Мне уже совсем не в радость тебя постоянно стебать.

— Зачем ты со мной разговариваешь? – спросила я, все еще не глядя на него. Шакал испустил недовольный вздох.