Книга Пережить смерть, страница 8 – Дмитрий Клопов

Интересно, этот отморозок недалекий так и будет меня просто лупить или все-таки додумается клейкую ленту снять. Даже если б захотел, не ответил этому костолому.

— Ну все, ты меня достал! — мужчина совладал с дыханием и снова кричит на меня. — Раз говорить ты не хочешь, то пришло время отрезать от тебя что-нибудь. Посмотрим, как запоешь после этого!

С этими словами двухметровый бандит со всей силы бьет меня ногой в грудь, и я отправляюсь на пол вместе со стулом, к которому привязан. Из-за скотча я и так еле дышу, но в этот момент растерял последние остатки кислорода. Комната погружается во тьму, но, к сожалению, сознание быстро возвращается ко мне.

Кажется, передышки не будет. Я силюсь восстановить дыхание и втягиваю носом провонявший кровью и потом затхлый воздух. Когда мне это наконец удается, я вижу прямо перед лицом широкое лезвие охотничьего ножа.

— Кабздец тебе, педик верующий! — рявкнул детина и оттягивает мое ухо в сторону. — Сначала я отрежу тебе одно ухо, потом…

— «Сначала» скотч у него сними, дегенерат комнатный! Как он тебе ответит, если ты ему харю всю замотал? — раздается в пыточной суровый мужской голос.

— С-с-старший, ты? А чего я, я ж для дела! Я уже много чего узнал, осталось совсем немного его дожать, — здоровяк быстро совладал с эмоциями и вытянулся по струнке, выпустив из своей ручищи мое ухо.

Я скосил глаза так сильно, насколько это возможно, и смог рассмотреть единственный вход в пыточную комнату.

В дверном проеме стоит тот самый немолодой бородатый мужчина, которого я чуть не подстрелил сегодня днем. Тогда я принял его за командира, бригадира или попросту главаря местных бандитов… и, кажется, не ошибся.

Левую бровь мужчине заменяет неровный шрам, который змеится по лысому черепу к старой рваной ране на его ухе. Мужчина нахмурился, и шрам изогнулся еще сильнее.

Я своими глазами видел, как он отдавал приказы людям, оккупировавшим территорию старого троллейбусного депо. Они перегоняли связанных пленников из одного здания в другое, подгоняя их автоматами, словно скот. Где-то здесь у них в плену и мои новые друзья… и моя Аня.

— Да ты что?! — смеется тот, кого называли Старшим. — И что же тебе удалось выяснить?

— Ну это… Он с религиозниками! Ну, то есть, он один из тех святош, которые наших ребят положили. Вон видишь, у него крестик на шее? А еще у него с собой снайперка была, здоровенная такая! Серьезное оружие, уверен, из него нашу группу и расстреляли, — выпалил бандит.

Здоровяк указывает острием ножа на мою снайперскую винтовку, которую сам и поставил в дальнем углу комнаты. Старший проследил за тем, куда указывает мой мучитель, потом снова осматривает двухметрового мужчину и только потом опускает взгляд на меня.

— А ну, поставь-ка его вертикально, — просит бородач.

— Как поставить? — переспрашивает детина.

— Да на ножки стул поставь — как было сделай, дубина! Где вас только таких делают? — качает головой Старший и, когда мужчина подчиняется, обращается ко мне: — Ты один из тех протестантов недоделанных, что моих ребят вчера покрошили?

Рот от кляпа мне все еще никто не освободил, и я просто отрицательно помотал головой.

— Гляди-ка, Колян, башкой вон машет. Говорит, брешешь ты без зазрения совести. Как падла последняя, врешь мне в лицо! — рявкнул Старший и медленно зашагал по комнате.