Книга Пять юношей квартала сайя, страница 67 – Ива Годар

От отвратительного звука распарываемой ткани и плоти горло перехватило спазмом. Тьма запятнала ее клинок, но Рика была жива, а они – нет.

— Кто вас послал? Кто посылает вас ко мне? – выкрикнула Рика, чувствуя, как бок обагряет пятно крови. – Что вам нужно, черт бы вас всех подрал… что вам всем нужно…

Кио был прав.

Убивать легко.

Люди любят утверждать, что за любые удовольствия нужно платить, что ничто не достается просто так. Они предостерегают от приманки, за которой последует расплата, и трудно их винить за попытки уберечь других от ошибок. Но правда в том, что на свете существует множество бесплатных наслаждений, огромное количество удовольствий, достающихся без малейших усилий, тысячи сочных плодов, которые так и ждут, чтобы их сорвали. Вот только о ласках сайя этого сказать было нельзя.

Рика очнулась в своей комнате, почувствовав тяжесть встревоженного взгляда отца. За окном певуче переговаривались птицы.

Ночью она упрямо доковыляла до дома, хотя с каждым шагом кровавое пятно у нее на одежде расплывалось все сильнее. Рукоять меча будто приросла к пальцам, и Рика до последнего отказывалась отдавать его. Когда это все-таки случилось, мать занялась ее ранами, а затем Рика заснула как убитая. Ее скупых объяснений хватило, чтобы наутро отец отправил помощника в школу гвардии и квартал оповестить о смертях.

И отец, и мать умело скрывали беспокойство, как и полагалось людям, продающим клинки для войны, а не чтобы ими кичиться. Но вторжение смерти в повседневные дела было не так легко встретить невозмутимо. Очевидно, не этого они ожидали, когда отправляли дочь в квартал к мужчинам, ответственным за самых красивых детей Острова Яблонь.

— Я хочу, чтобы ты уехала, – сказал отец. – Энцо может отвезти тебя на материк хоть завтра. Мы заработали достаточно, чтобы ты могла устроиться там и помогать ему.

Глаза у него были так же черны, а лысая голова и лицо, сурово испещренное морщинами, выдавало человека, который не любил лишние сантименты. Он даже сидел с прямой спиной, как и полагается постаревшему воину. Рика любила разглядывать узловатые, покрытые морщинами руки отца, когда тот работал в кузнице.

— На материк, где управляют мужчины, а женщины даже не могут носить оружие? Это хуже смерти. Я родилась на Острове и собираюсь здесь остаться. – Рика поморщилась, пощупав туго перебинтованный бок. – Я буду следовать выбранному пути. Либо меня победят, либо нет.

— Сайя и гвардия не спасут тебя ни от стрел, ни от кинжала, вылетающего из темного переулка. Ни от мешка на голове! – вспылил отец. – Ты еще молода, сможешь выбрать другое занятие.

Рика фыркнула. В ее глазах сверкнуло презрение.

— Никогда. Ты сам бы уехал?

— Еще чего! – возмутился отец, а потом осекся. – Я бы не уехал, но ты – совсем другое дело. Ты живешь в более спокойные времена, чем я. Уже нет нужды погибать из-за склок знати. Никто не требует становиться воином, готовым к смерти в любую секунду. Люди Острова учатся уважать жизнь больше гибели.

— Может быть, напрасно. Если бы Кио не напомнил мне о гибели, это я сейчас лежала бы с распоротым горлом.

Их спор умер, не успев разгореться. На Острове Яблонь спасение жизни никогда не считалось самой важной целью. Здесь никто не сдавался, если в этом не было достоинства. Отец лучше других знал ее, поэтому оставил возражения при себе, лишь положил руку ей на лоб и ласково потрепал по голове.