Книга Сумрачный лес, страница 87 – Каролина Роннефельдт

— Туман клубится все сильнее и заполнил уже почти всю опушку, – заметил Пирмин. – Если так пойдет и дальше, то скоро он станет стелиться вдоль реки и скроет дорогу. Быстрее! Мы немного проводим Фенделя к его хижине. Да-да, так будет лучше, старина… Мы пойдем домой мимо твоей хижины, потому что я не стану возвращаться к мосту, а срежу путь до дороги через луга. Разве что господин Эйхаз предпочтет вернуться вместе с нами в деревню, учитывая эту странную погоду.

Фендель ничего не ответил, только взял Блоди за свободную руку, защищая мальчика наравне с его отцом.

— Лучше втроем ко мне домой, – сказал он Пирмину, который не преминул заметить, с какой заботой их молчаливый спутник относится к сыну.

Вдруг Траутман предупреждающе зарычал.

— Псу тоже не нравится туман, – мрачно хмыкнул Пир-мин и ободряюще погладил Траутмана по загривку, где шерсть встала дыбом. – Давайте поторопимся! Нам нужно благополучно добраться до дома!

Они пошли к хижине Фенделя. Ее неровный силуэт четко вырисовывался на фоне тумана и призрачного света на дальнем берегу. Еще несколько шагов – и они оказались перед входной дверью.

Пирмин повесил фонарь на крюк, который обнаружился на стене. Увлекшись редкой возможностью поближе рассмотреть «лисью нору» Фенделя, отец и сын ненадолго позабыли о странном тумане. Почти все в Звездчатке любили порассказать небылиц о загадочном обиталище отшельника, разумеется, ни разу тут не побывав. И вот теперь Крепмлинги стояли посреди небольшого дворика перед легендарной хижиной. За ней протекала Лисичка, а слева рос пышный ивовый куст, нижние ветви которого свисали до самой воды. Серебристые листья тихо шелестели, будто перешептываясь, и Блоди подумал, что, живи он здесь, ему бы всегда казалось, что в поникших ветвях прячется что-то страшное. Такие вот мысли пришли ему в голову.

Хижина и впрямь заслуживала более пристального внимания, и отец, несмотря на нетерпение, снял с крюка фонарь, чтобы как следует осмотреть домик снаружи. Однако это оказался вовсе не крюк, а кусок сломанной ивовой сетки, торчавший в этом месте из стены. Обычно сетку скрывали под глиняной штукатуркой, но здесь глина раскрошилась между кривыми балками, поддерживающими крышу. И теперь стены напоминали старую залатанную куртку Фенделя – дом с хозяином идеально подходили друг другу.

Пирмин с удивлением обнаружил, что хижина оказалась далеко не такой крепкой, как он ожидал. Домик был ветхим и запущенным, а крыша с одной стороны явно протекала. Да и буйно разросшиеся луговые травы превратили его снаружи в шапку великана.

И все же много лет назад кто-то принес на берег реки необходимые материалы и построил хижину, так же тщательно, как любой другой дом в Звездчатке. Пирмин порылся в памяти, припоминая, не мог ли это сделать сам Фен-дель Эйхаз, но понял, что ничего об этом не слышал. Как и все остальные, он полагал, будто хижина была не более чем самоделкой отшельника.

Взглянув на реку, Пирмин мгновенно вышел из задумчивости: времени на решение строительных загадок у него, судя по всему, не оставалось.

На другом берегу реки туман сомкнулся белой стеной и уже давно поглотил силуэты болотных кустов. Скоро он достигнет тракта и переберется к ним, а потом накроет и этот берег, так что они не смогут отыскать дорогу домой. Фонарь разгонял темноту, хоть и недалеко, но в густом тумане был совершенно бесполезен. Так им не попасть в Звездчатку, не говоря уже о том, что может принести с собой коварное белое марево. Похоже, придется провести остаток ночи в домишке Фенделя, надеясь, что к утру туман рассеется.