Книга По ту сторону тени, страница 93 – Каролина Роннефельдт

— Около полуночи взошла луна, как раз когда старик Пфиффер меня разбудил, – услышал он на редкость простое объяснение.

Однако Пирмин прекрасно понимал, что описывает маленькое чудо. Квендели давно не видели ни солнца, ни ночных звезд. За всю осень, которая началась слишком рано, с Волчьей ночи, и за всю ужасно суровую зиму ни один квендель не вспомнил бы, когда небо над Холмогорьем не затягивали бы серые тучи. У Карлмана сразу отлегло от сердца. Он с нетерпением стал искать над верхушками деревьев бледное серебристое сияние. Кремплинг, которого тронула тоска, осенившая лицо юного квенделя, проследил за его взглядом.

— Она появляется лишь время от времени, – сказал фермер. – Полумесяц еще узкий, а облака слишком густые, и их слишком много, чтобы ночь была по-настоящему светлой. Но то, чего не видно, все равно существует. Во всяком случае, старина Пфиффер счел это добрым знаком и поэтому, вероятно, спит крепче, чем ему хотелось бы. – Он одарил Карлмана редкой улыбкой. – Тебе тоже стоит поспать, юный Шаттенбарт, ибо еще слишком рано. Луна, как и солнце, движется к своему закату за горы, и, когда она пересечет пустошь, я разбужу тебя и твоего рыжеволосого друга для третьей стражи. И тогда уж внимательно следите за тем, нет ли поблизости чего-нибудь, о чем Траутман хотел нас предупредить. Но пони стоит тихо, так что вряд ли по лесу бродит хищник.

Карлман подумал, смогут ли Нибелунг или пес учуять призрачного волка, если тот спустится с небес на землю и станет бродить по приграничным землям вместе с другими обитателями этого мира, не из плоти и крови, однако не стал расспрашивать Кремплинга, не желая показывать ни своего страха, ни облегчения от того, что Пирмин отправил его спать. Когда он вернулся на свое спальное место, то увидел, что Арва уже ждет его. Кошка лежала на одеяле и снисходительно смотрела на хозяина большими миндалевидными глазами, словно была уверена, что опасности пока нет.

— Ты знаешь больше, чем собака, которая, как говорят, гостила у народа хульдов? – прошептал Карлман, пробираясь под одеяло и стараясь не спугнуть Арву. – Вы, кошки, – ночные существа и видите даже то, что невидимо для других. А значит, и стражи из вас в этом призрачном краю куда лучше всех остальных. Оставайся со мной, таинственная Арва, и присматривай за нами.

Он посмотрел на небо в надежде, что из черной бесконечности на него прольется хоть капля лунного света, но, когда ничего не увидел, к нему вернулся страх перед чуждым бледным сиянием. В последний раз он видел его в тумане и решил вновь испытать судьбу, вызвавшись отстоять ночную стражу. И все же у него не хватило духу отказаться от радушного предложения Эппелина остаться рядом с ним до наступления рассвета. Наконец Карлман погрузился в беспокойный сон.

Первая ночь, проводимая отрядом из Зеленого Лога за границей тени, вступала в свою последнюю четверть. Двое молодых квенделей сидели спина к спине чуть поодаль от остальных – возле дерева, к которому был привязан Нибелунг. Эппелин предложил сесть именно так, чтобы один из них следил за опушкой леса, а другой – за бесплодной пустошью.

— Будем меняться местами, – предложил он и повернулся в сторону пустоши. – Будем смотреть в разные стороны, чтобы не перепутать рассвет с коварным туманом или еще чем неприятным. Солнце взойдет где-то за лесом, даже если луна, о которой рассказывал Кремплинг, увы, уже зашла. Я бы с удовольствием посмотрел на нее еще раз.