Книга По ту сторону тени, страница 35 – Каролина Роннефельдт

— Сумрачный лес далеко не единственное место, где существует граница, – подхватил старик Пфиффер. – Посмотрите вот здесь и здесь: вышито серебром. Серебряные нити показывают, где есть проходы в Страну теней, которые становятся видны в определенное время года. Получается, карта рассказывает о том, как найти их по всему Холмогорью.

Слушатели не сводили глаз с Одилия, который указывал на другие места на карте, где сияли серебряные стежки. Они заметили, что серебро становится гуще вдоль Холодной реки, особенно у башен Вороньей твердыни, где две небольшие арки показывали, что, как в прошлом, так и в настоящем, в этом месте через великую реку перекинут мост. Но это было еще не все: на карте то и дело вспыхивали и более мелкие серебряные стежки, которые зловеще мерцали перед глазами квенделей.

Карлман задумчиво посмотрел на старика Пфиффера, а затем на Бульриха.

— Одилий, почему вы сказали, что в создании этой карты не участвовал ни один из известных нам народов? – поинтересовался молодой квендель. – Кто же тогда ее сделал? Существо из потустороннего мира? Быть может, тот, кто тайно наблюдает за нами и вмешивается в нашу судьбу? Вы знаете, о ком я говорю. Иногда он появляется в моменты наивысшей опасности, а порой – когда испаряется последняя надежда, и ставит все на места.

Еще не договорив, Карлман заметил, что хранитель моста устремил на него пронзительный взгляд своих ярких глаз, сверкающих в полумраке эркера. Впрочем, рядом сверкали еще две точки – черный кот Синдри, спавший до того на подоконнике, поднялся за его спиной, и Карлману снова пришла мысль, будто ожила тень Себастьяна.

Тем временем старший Шаттенбарт откашлялся, чтобы его услышали.

— Послушайте меня! – воскликнул Бульрих так громко и решительно, словно вознамерился взять разговор в свои руки. – Таинственный страж, о котором говорит Карлман, действительно существует. Он называет себя Храфна Штормовое Перо – это одноглазый мрачный человек, который кажется настолько жутким, что поначалу я принял его за воина Дикой Охоты или даже за самого Властелина Драугена. Я не знаю, из плоти и крови он или призрак – ничто и никто не может стать у него на пути, а если он не может куда-то отправиться сам, то посылает своих воронов. Должно быть, он обладает огромной силой. Впервые он явился нам с Карлманом в «Старой липе», где пробудил меня, вырвав из сумеречного обморока. После этого он появлялся еще раз, чтобы защитить нас во время путешествия в Баумельбург – ведь именно он не дал нашим пони сорваться с моста, когда мы мчались через Сверлянку, и спас повозки. Но кто такой этот Храфна на самом деле и желает ли он нам добра – я не могу сказать. Он ведь не пришел к нам на помощь на Празднике Масок. Об этом пусть лучше расскажет Себастьян Эйхен-Райцкер.

Бульрих помолчал, словно ожидая, что в разговор вмешаются хранитель моста или старик Пфиффер, а может, Бозо Райцкер или сам властитель замка Фишбург, ведь они, несомненно, знали куда больше него в столь важных делах. Но когда никто не произнес ни слова, картограф продолжил:

— На нашем пути встретилось много странного и запутанного, и порой сложно понять, как связаны отдельные события. Мы можем лишь шаг за шагом пробираться вперед, как в кромешной тьме или в густом тумане, пока вокруг снова не прояснится и не откроются пути. Прочь, прочь! – недавно воззвали мы, пытаясь придать себе мужества. Скоро мы должны будем пересечь границу Страны теней, и тогда нам придется искать верный путь! Путь в другой мир, чтобы вернуть тех, кого мы потеряли. А еще искать спасения от опасностей, которые нас поджидают. И дорогу назад, к родным холмам нашего уютного мира, который не так уж мал и безопасен, как мы, квендели, всегда считали.