Книга По ту сторону тени, страница 226 – Каролина Роннефельдт

— Что ты только что сказал? – едва слышно выговорил Кремплинг. – Значит ли это, что ты хорошо знаешь того бледного мальчишку и можешь вернуть тех, кого он выкрал?

— Кс-с, кс-с, знаю, знаю, но редко хожу за ним. Если забрать у Элиаса добычу, он притащится сюда и станет бродить вокруг дома, пытаясь вернуть то, что считает своим, – ответил Полузуб. – К тому же до сих пор это было бессмысленно, я все равно не смог бы отвести тех, кого он схватил, туда, откуда они пришли. За все прежние годы мне не удалось спасти ни одного из несчастных, ведь я не понял, откуда они пришли. И только в этот раз все вышло иначе. – Он сделал паузу, указывая на Звентибольда. – Он ведь из Звездчатки, как и я когда-то, к тому же из клана моих старых друзей, Биттерлингов. Это важно, и честь требует, чтобы я вмешался и помог. К тому же у меня появился мерцающий камень. Теперь пришли и вы.

— Кто был тогда во власти мерзкого мальчишки? Один лишь Биттерлинг? – только и смог прошептать Пирмин.

— Послушайте, в каменном круге Элиас наложил на меня какие-то злые чары, и я почувствовал себя таким несчастным и потерянным, что мне все стало безразлично, – наконец признался Биттерлинг. – Я слышал и видел, как вы звали меня и искали, но мне было все равно. Потом призрак так быстро завел меня в бесплодную пустошь, что я потерял вас из виду. Он все бормотал о грядущем событии, которое все изменит, и о месте, в названии которого есть что-то от слова «кости». Когда наступила ночь, Элиас оставил меня у огромного валуна. Он велел ждать его там, если я хочу сохранить то немногое, что во мне еще осталось, – ведь во тьме бродило множество тварей, куда худших, чем он. Как только я остался один, появился Эстиген Трутовик и забрал меня с собой. Теперь я уверен, что Полузубу это удалось, потому что бледный мальчик был слишком в себе уверен.

— Кс-с, кс-с, хвастун, голодранец! – усмехнулся Полузуб. – Как только он исчез, я взялся за дело. Прошел через длинные коридоры, полные костей, выбрался у камней и встретил там Биттерлинга, с которым вернулся домой.

— Только с ним? Других там не было? – простонал Пирмин из последних сил, словно не решаясь произнести имена тех, за кого боялся. Звентибольд огорченно нахмурился, совсем как Кремплинг, и всем стало понятно, что бедный отец Блоди не услышит ничего хорошего.

— Клянусь всеми хилыми поганками, там больше никого не было. Никакого ребенка, только ветер. – Эти слова Эстигена Трутовика почти разрушили надежды Пирмина.

— Если этот Элиас такой хвастун, он наверняка рассказывал по дороге, кого еще он поймал и спрятал, – предположил Кремплинг, снова обращаясь к Биттерлингу: – Мой дорогой Звентибольд, постарайся вспомнить!

Тот лишь печально покачал головой, не глядя на односельчанина.

— Мне очень жаль, Пирмин, – сказал он. – Сейчас я ничего не могу сказать, но, как только вспомню что-нибудь полезное, пусть даже самое незначительное, я сразу же сообщу тебе и остальным.

Повисла тягостная тишина, которую разорвал голос Полузуба: он явно собирался ободрить путников, но лишь сильнее их встревожил.

— Кс-с, кс-с, кс-с, то, чего не знает один, могут знать другие, и они уже направляются сюда, – объявил он. – Будем надеяться, что они принесут полезные, важные новости или даже нечто большее.