Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 64 – Дестон Дж. Манден

— Да. Чистка. Ремонт.

— О, так ты умеешь чинить поломки. Вот бы я тоже умела. Может, тогда бы на меня меньше кричали. – Астра рассмеялась, и ее детский смех наполнил комнату теплом.

Лоскутник повернул свою большую голову к Роттгору и снова посерьезнел.

— Надо. Защищать. – Он указал на Астру. Та повторила его жест.

— Знаю, друг, знаю, – заверил Роттгор.

— Приятно познакомиться, Косточка.

— Косточка?

— Можно я буду тебя так называть? Тебя это огорчает? – быстро спросила Астра, испугавшись.

— Нет. Да. – Костолом покачал головой. – Не. Грустно. Да. Косточка.

— Хорошо! Тогда приятно познакомиться, – протянула руку Астра.

Маленькая ладошка утонула в лапище лоскутника. Он держал ее нежно, не осмеливаясь сжать. Астра, казалось, не возражала и была в полном восторге. Это детское изумление вновь откликнулось в израненном сердце Роттгора. «Она заслуживает самого лучшего, но не знаю, смогу ли я ей это дать. Как… отец?» Невероятное, но такое пугающее ощущение накрыло орка. У него перехватило дыхание, обычно медленное сердцебиение участилось. Нет. Роттгор не смел об этом думать. Он – и отец? На лбу выступил пот. С чего ему в голову взбрело думать о подобных глупостях? Эти руки, эта душа не созданы для такого.

«Мы же едва знакомы. И я – отец? Что за дурацкая затея?» Сейчас бы у братьев и сестры просто челюсти отвисли. Он пытался стать хорошим дядей, но это плохо закончилось, не так ли? «Занимайся рестораном, – велел себе Роттгор. – Есть вещи, для которых ты не создан. Отцовство – одна из них». Но Астра все равно ему улыбнулась.

Маленькая проказница добавила на доску что-то от себя: вывела красивым почерком «Фирменное блюдо от шеф-повара», украсив надпись зелеными и фиолетовыми лозами, и нарисовала кролика, который напомнил Роттгору его домашнего питомца, Перин.

— Я увидела его во сне, и… теперь он кажется мне очень уместным, – объяснила Астра, будто это было в порядке вещей. – Не знаю, что привело милаху ко мне, но с тех пор я его рисую. – Астра взяла одного из кроликов, которых Бао Су оставила работать, белого, поменьше, и он радостно запрыгал у нее на руках.

Роттгор хмыкнул. В их волшебном мире не было ничего невозможного, включая пророчества или видения. Мертвые говорили, нежить ходила по улицам, а мечты, которые их связывали, сбывались. Он положил руку ей на плечо.

— Отлично вышло, Астра. Но ты не обязана все это делать.

— Ничего страшного, мистер Роттгор. Вы были добры ко мне, но я не могу просто сидеть сложа руки и получать все даром. Кроме того… – Она замолчала. – Неважно. Я рада, что вам понравилось.

Роттгор не стал ее расспрашивать. Страх услышать ответ победил любопытство. Костолом посмотрел на них обоих, а потом многозначительно закатил глаза и побрел в кладовую. Неловкое молчание затянулось. Им было о чем поговорить, но никто не произнес ни слова. Наконец, не выдержав, Роттгор сбежал на кухню. Вся неловкость исчезла вместе с ароматом жареных овощей и тушеной курицы. Он старательно замешал тесто, затем нарезал его и разложил по маленьким металлическим формочкам.

— Что вы готовите? – спросила Астра, обойдя стол и забравшись на барный стул, чтобы видеть стойку.

— Закусочные пирожки. Ну, так бы я сам их назвал. Одни с мясом, другие с овощами. Я хотел попробовать их, прежде чем звать Флинна. Сделать такого размера, чтобы удобно было носить с собой. Что-то, что привлечет внимание толпы. – Роттгор провел вымазанными мукой пальцами по щеке, и по его лицу протянулась длинная полоса, как некогда от боевого раскраса. Эти пирожки были словно маленькие кусочки воспоминаний о прежнем доме. «Они милые», – подумал он. – Назовем их пирожки Перин.