Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 59 – Дестон Дж. Манден

— По крайней мере, ты могла бы остаться ради сконов. – Роттгор вздохнул, снова вытирая руки о фартук. – Ладно, приберегу для нее пару штук.

— Тебя никто не приглашал, – сказал орк, не поднимая головы.

— А что, я просто так заглянуть не могу?

Дверь «Кризиса загробного возраста» была распахнута настежь, и в помещение врывался ночной воздух. На пороге стоял Вом в серебристом костюме и оглядывал зал ресторана. Он вошел внутрь, поглаживая длинную черную бороду и криво улыбаясь, поправил кольца на пальцах и закрыл за собой дверь.

— Мы закрыты.

— Ой, а я и не заметил. – Вом вертел в пальцах ржавый золотистый ключ. – Просто наткнулся на этот запасной ключ и стал гадать, от чего он. И как-то сразу на ум пришло это место. Вот же незадача. Что ж, отдаю его тебе в качестве жеста доброй воли.

— После того как ты испортил мою собственность? Я не слепой, Вом, и вижу, что ты меня ненавидишь.

— Ты говоришь так, будто это что-то личное. И это был не я. У меня есть ревностные последователи. Я не могу винить их за то, что они так рьяно взялись за дело. Проклятие хорошего оратора в том, что иногда люди подхватывают его слова и несутся с ними сломя голову. Но… боюсь, я не отступлюсь от своего. Я зарекся, что больше постояльцев-мертвецов у меня не будет. Да и зачем мертвым крыша над головой?

— Мы такой жизни не хотели, – тихо произнес Роттгор, чувствуя, как в груди закипает гнев. – Большинство из нас даже не спросили. Просто вытащили из небытия и швырнули в этот мир. Мы прожили здесь сотни лет, стараясь изо всех сил и проживая остаток своих дней как умеем. Разве мы виноваты в том, что живые вообще нас сюда привели?

Вом швырнул ключ на прилавок.

— Вы должны были служить.

— Я и служу нашему народу.

— Ты знаешь, что я имею в виду, безвкусная куча червей. Ты ничего не стоишь! Наша земля предназначена для жизни. Ты же – орудие. Мы берем тебя по надобности, а когда заканчиваем дело, кладем обратно в шкаф, где тебе самое место, и забываем, пока не понадобится новый засов для скрипучей двери. Ничего больше. Притворяйся сколько хочешь.

— Притворяйся? Притворяйся! – Роттгор вскочил и одним прыжком перемахнул через прилавок, приземлившись с другой стороны. Пол задрожал под его весом. – Я потратил сотни лет на то, чтобы построить этот город с нуля, защищал его, но ни разу не жил в нем. Впервые я чувствую что-то, кроме гнетущего бремени ответственности. Впервые за все время у меня появился шанс оказаться здесь, в настоящем. А ты… твое вопиющее невежество не имеет границ, так что позволь мне объяснить тебе, что значит «безвкусный».

Роттгор сократил расстояние между ними и навис над гномом, словно скала. Похоже, Вом позабыл, кто перед ним. Ноги у него задрожали. Роттгор подошел еще ближе и отдавил ему пальцы, несмотря на толстые сапоги. Он зарычал, и слюна потекла у него изо рта и по бороде.

— Это что-то пустое и пресное, а такому пустому и пресному, как ты, не место в моем ресторане. Убирайся!

Вом прикусил дрожащую нижнюю губу и съежился в своем просторном серебристом халате, заламывая руки. У него было оружие – короткий клинок с золотой рукоятью, предназначенный для самообороны. Но он им не воспользовался. Вместо этого гном попытался сотворить заклинание. Роттгор посмотрел на его руку.