Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 51 – Дестон Дж. Манден

Одни руны получали имена в честь людей, другие – через видения или шепот земли, а некоторые даровали смертным небожители. Свадагд была его руной.

Несколько недель, предшествовавшие открытию «Кризиса загробного возраста», Роттгора сопровождала его новообретенная сила. Ему по-прежнему много чего предстояло сделать, и половина дел наверняка все равно вылетела у него из головы. Тем временем даже само тело его менялось. С каждым днем оно крепло: тонкие, как прутья, руки и высохший торс обрастали мясом, волосы становились гуще, и Роттгор мечтал, что сможет заплести их в оркские косы, как раньше, в память о данном Астре обещании никогда не причинять ей вреда. Он ел все что мог. У него начали расти новые зубы – странное ощущение для взрослого. Спустя несколько недель он превратился в совсем другого орка, скорее живого, чем мертвого, – он был как заброшенный дом, захваченный природой, частично разрушенный, но все еще красивый и полный жизни. «Я вновь почти стал собой – кем бы я теперь ни был».

Роттгор расхаживал по кухне, наблюдая, как готовятся блюда по его рецептам – те самые, что легли в основу меню. Он прогонял их не меньше десятка раз. Чем больше орк работал, тем быстрее к нему возвращались былые навыки. Ржавчина сползала, обнажая сверкающие инструменты природного таланта. Но сам по себе талант ничего не значил. Роттгор работал, и Свадагд росла. Свежий хлеб, баранина с травами, рагу и пироги. Ну и конечно, чизкейки с хурмой и пудинг с ежевикой и морошкой – фирменные блюда из прошлого. «Пожалуй, я вернул себе заслуженное звание повара клана», – подумал Роттгор. В сердце всколыхнулись воспоминания о теплом смехе и счастье. Он потер глаза.

Звякнул колокольчик, и входная дверь открылась. В дом вошел Телено. Роттгор уже долго не видел худощавого полуэльфа, они лишь обменивались письмами. На щеках и руках Телено виднелась запекшаяся кровь. Бритую голову и лицо покрывали синяки, а правый глаз почернел, как ночное небо.

— Что произошло, дружище? – спросил Роттгор, доставая аптечку и укладывая ее на прилавок.

— А, это? – Телено зло ухмыльнулся, обнажив окровавленные зубы. – Дела. Дела Вома… Они тут ошивались, приглядывались к заведению. Пришлось с ними… как следует побеседовать. Не волнуйся. Видел бы ты остальных. – Он рассмеялся, будто вовсе не истекал кровью, а затем принялся рыться в аптечке с такой непринужденностью, словно делал это уже миллион раз, возможно обходясь куда менее цивилизованными средствами. – А ты, смотрю, раскошелился на хорошие снадобья. У старика Таллвиспа всегда есть что-то годное.

— Как-то тревожно, что ты так хорошо разбираешься в лекарствах, – заметил Роттгор, возвращаясь к своим блюдам.

«Дела Вома? Как Телено охраняет это место?»

— Лучше знать, что эффективнее в случае… чрезвычайных ситуаций, – с оттенком мрачной иронии пояснил Телено. – Опять же, не бери в голову.

Роттгор налил в таз холодной воды и пододвинул его к эльфу. Тот смыл кровь с лица и снова стал похож на себя. Серьезность в его глазах исчезла, как только он наложил повязку на переносицу.

— Не волнуйся, я восполню твои запасы. Приятно иметь друзей и инвестиции, на которые можно положиться. – Телено расслабился и удивленно моргнул, впервые как следует рассмотрев Роттгора. – А что с тобой, во имя Бездны, случилось? Ты стал таким огромным!