Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 28 – Дестон Дж. Манден

Тот самый роковой день.

Тот самый рог.

Тот самый боевой рог.

Тот самый оглушительный крик, который разрушил все и положил начало мукам, ставшим его уделом до конца жизни.

Роттгор закричал во сне, призывая свое племя бежать – собрать всех детей и бежать. Пусть их назовут трусами – плевать. Они выживут, может быть, даже проживут целую жизнь, если боги окажутся милостивы. Разгайф же поступил так, как поступал всегда. Он был заступником племени, воином Ониксового Топора. Его долг – противостоять любой угрозе, с которой сталкивался их народ. Он подошел к топору из обсидиана и красного дерева, Сотрясателю Земли, и снял его с пьедестала. Ни колебаний, ни страха. Разгайф, защитник Ониксового Топора, вышел из своей пещеры навстречу смерти – чтобы в итоге пережить всех, кого любил.

Роттгор проснулся от бьющих в глаза солнечных лучей. Он приподнялся, пытаясь стряхнуть с себя остатки дремы, и фыркнул. «Ненавижу сон». Жизнь без сновидений, как выяснилось, была настоящим благом. Подавленное настроение не отпускало его, омрачая все утренние дела. Вскоре он уже был одет и готов к новому дню, но лучше ему не становилось. Ворча, Роттгор вышел из комнаты и так хлопнул дверью, что содрогнулся весь дом.

Веками дремавшая в нем оркская кровь пробудилась с новой силой. Какие-то мелочи стали просто бесить. Он нарочно топал, спускаясь по лестнице, и скрипел зубами. Стоял в пустом магазине и с рыком оглядывался по сторонам. Драил прилавки и вытирал пыль с витрин, пока те не заблестели, а когда и это не помогло ему успокоиться, уничтожил уродливую картину с фруктами. Все было не так, все казалось неправильным. Роттгор вытер слюну с уголка оскаленных губ.

«Возьми себя в руки, – приказал он себе, чувствуя, как дрожат руки. – Это был всего лишь сон». Прошлое осталось в прошлом.

Чувствуя, что нервы на пределе, Роттгор заставил себя сесть. Нужно сосредоточиться на делах. В его списке их набралось немало. Ему по-прежнему требовались мебель, обычная одежда, еда и, возможно, кухонные принадлежности. Он замер. Кухня. Роттгор снова зарычал, почесывая редеющие черные волосы. Он и не думал о том, сколько работы предстоит на кухне. Настроение ухудшилось еще больше. У него отняли любимое дело, которое объединяло его семью. «Что еще ты забрал у меня, Червь?» Прошли века, но кое-что до сих пор не давало покоя. Роттгор медленно вдохнул через нос и выдохнул через рот. Ярость немного поутихла.

В дверь кто-то постучал. Роттгор сделал еще один глубокий вдох и провел пальцами по влажным от пота волосам. Этот бардак под названием «подобие жизни» оказался совсем не таким чудесным, как ему обещали. Он открыл дверь. Приземистый темный эльф в фартуке плотника вытянул шею и заглянул внутрь, словно перед ним не стоял гигантский орк-нежить. Гость бы так и вошел, если бы Роттгор не схватил его за макушку.

— Простите, могу я сперва узнать ваше имя?

— Мохек, – рассеянно произнес эльф. – Меня прислал Телено. Сказал, тебе нужен мебельщик. Вот я он и есть.

— А ты не подумал о том, чтобы сначала поздороваться? Так можно и топором по голове получить.

— Ой да ладно, не впервой, – отмахнулся Мохек. – Ну что, теперь можно войти?

Вот же нахал. Роттгор отступил в сторону. Не то чтобы плотник собирался его слушать. Мохек вошел, огляделся и достал измерительные приборы.