Книга Альфа, страница 130 – Ларри Коррейя

— Помнишь нашу войну?

— Как я могу забыть.

— А я вот забыл. Многое. Не сам – воспоминания у меня отобрали. – Эрл открыл глаза. – Похоже, я потерял больше, чем думал.

— Не понимаю, – неуверенно сказал Николай.

— Неважно. Много хороших людей погибло, сражаясь с тобой.

— Верно и обратное. Много хороших людей погибло с обеих сторон.

— Помнишь нашу последнюю встречу во Вьетнаме? Расскажи.

— Я руководил нападением на вашу оперативную базу. Было много пострадавших. Мы жестоко друг друга ранили, нас обоих эвакуировали.

— А я… ранил кого-нибудь из своих?

Этот вопрос поставил Николая в тупик.

— Нет, ты был благородным противником.

Эрл улыбнулся, поднимаясь.

— Хотел бы я сказать то же самое о тебе, но ты был самым упорным сукиным сыном на моей памяти. – Он снял с пояса свой Nightguard, достал обойму-мунклип. – Жуткий, злобный, безжалостный, но целеустремленный.

Он сунул мунклип в один карман, порылся в другом и достал еще один, на шесть патронов. Поднял к слабому свету, провел пальцем по патронам, кивнул.

— Это я в тебе уважаю. Так что дам тебе шанс.

— Каким же образом?

— Хочешь, чтобы я тебе доверял? После того, что ты творил, доверие надо заслужить. – Он достал из мунклипа патрон с фланцем, осмотрел его и, удовлетворенный, сунул в барабан, крутанул его посильнее, защелкнул на место. – Ты говоришь, что твоя жизнь ничего не стоит и что ты согласен подчиняться старым законам. Ну что ж… – Эрл бросил ему револьвер через всю комнату. – Докажи.

К тому времени, как пушка приземлилась у ног Николая, Эрл уже поднял «Томпсон».

— Русская рулетка? Серьезно?

— Логично, не правда ли? – Эрл указал стволом на пол. – Подбери. Но только дернись в мою сторону – я тебя серебром разнесу. Ты быстрый, но не настолько.

Николай медленно подобрал револьвер. Его лицо ничего не выражало.

— Поднеси к виску.

Николай послушался, хоть руки у него и дрожали.

— Зверю такое развитие событий не нравится, – заявил он после долгого молчания.

— Твой звер просто нытик и трусливая сучка. Скажи ему: король вервольфов приказывает заткнуться. Вот как мы сделаем: я задаю вопрос – если отвечаешь неправильно, жмешь на спуск.

— Надеюсь, это будет короткая викторина.

Шэрон первая заговорила со мной. Мы долго воевали бок о бок, и она знала меня как облупленного. Подошла ко мне однажды – я как раз сидел, усталый, небритый, потрепанный, курил и пялился на джунгли. Даже в человеческом виде меня переполнял гнев. Начальство давило на Коновера, он давил на нас. Шэрон сказала, что ей за меня тревожно.

– Просто делаю свою работу, – ответил я.

– Ты изменился, Эрл. В тебе растет тьма. Я чувствую.

Я собрал всю свою волю в кулак, чтобы не вызвериться на нее. Она была права. Мне все труднее становилось себя контролировать.

– Не читай мои мысли. Они тебе не понравятся.

У нее был прелестный смех.

– Я не читаю в прямом смысле. И магия мне тут не нужна, у тебя все на лице написано. Ты – не он. Он – не твое отражение. Николай просто монстр.

– А мы кто? – бросил я.

Она ласково положила руку мне на плечо, и все проблемы показались вдруг далекими, всколыхнулись счастливые воспоминания.

– Прости. Ты не монстр, просто девушка со сложной семейной историей. И Тревис не монстр. Жуть такая, что нарочно не придумаешь, но на самом деле просто большой гиперактивный подросток. Но я… Я отвратителен.