Онлайн книга «Душа мира»
|
Тогда Нармо испытал предсмертные муки, запечатленные памятью алмаза. Вскоре они минули, схлынули, усыпленные магией топазов. Но на смену им пришли новые сражения чародеев, вся история Эйлиса, которую властолюбивый сын ячеда проживал, присутствуя при каждом событии незримым призраком будущего. В те мгновения он в полной мере осознал, какая невыносимая боль сопровождала Сумеречного Эльфа, и все же глумливо порадовался, что не сопереживает никому из увиденных гордецов. Этот мир не заслуживал сострадания и спасения. И пусть руки и ноги леденели от боли, вены взбухали, а голова разрывалась от образов, Нармо шел к своей цели. Даже распластанный добровольной пыткой на полу, в измятой сизой рубашке, он двигался неизменно к своему идеалу могущества. Или же это вновь твердили ушедшие правители минувших эпох? Ничтожные создания. А Сумеречный Эльф еще мучился от какого-то чувства вины за всех них. Вот он, Нармо Геолирт, узнавший через великие муки истинные мотивы каждого льора. И ни к кому он не испытал и толики жалости. Но только вновь сознание выбросило его в комнату с красными портьерами. Кажется, когда-то на месте этой лаборатории находилась детская. На фоне ссоры мужчины и женщины доносился истошный плач ребенка. «Это… мой отец… А это… это я… А она… она – моя мать», – разрозненно сложились собственные выводы, но голоса самоцветов звучали яснее, отчетливее. Вскоре стерлись границы разных времен, страшная сказка собственного происхождения предстала во всей неприглядности мрачной тайны. «Оставь его, оставь мне моего сына!» – кричала и умоляла какая-то женщина. На ней еще красовалось дорогое пурпурное платье с золотым шитьем, однако беспощадный хозяин башни отталкивал от себя бывшую возлюбленную. «Убирайся, ячед! Можешь забрать эти тряпки», – продолжал отпихивать ее чародей. Донесся звук грубой пощечины, пробравшей безмолвного свидетеля волной озноба. «Забирай, забирай что угодно! Только оставь меня рядом с сыном! Пожалуйста! Я согласна быть кухаркой, согласна на самую черную работу!» – женщина рыдала, падая ниц пред беспощадным льором, который не позволял ей приблизиться к ребенку. «Мне никто не нужен, ничтожество. Все делает магия», – усмехался Геолирт-старший. И Нармо поперхнулся собственным немым возгласом. Если бы удалось возвратиться в прошлое и свернуть отцу шею! Защитить от него мать… Впервые хотелось кого-то защитить! Но поздно, слишком поздно для него – и для целого мира… События разворачивались стремительно. Причины расставания, ссоры чародея и женщины так и остались неизвестны: наверное, камни фиксировали лишь самые яркие воспоминания владельцев, на пике эмоций. И в Геолирте читались только гнев и тщеславие, он считал, что наследнику не следует общаться с ячедом. Он выгонял прочь из башни нечастную. Она же вынырнула из-под руки отца и кинулась к колыбельке, но в то же мгновение лицо ее исказилось и застыло: из спины женщины торчала рукоять ножа. Того самого, которым так охотно орудовал Нармо, этого оружия подлецов и мерзавцев. «Значит, вот как ты отблагодарил ее…» – с безысходной горечью подумал Нармо. И впервые его охватила жестокая печаль по непрожитой жизни. Впервые он осознал, что его кто-то по-настоящему, беззаветно любил. И если бы бедная мать осталась хоть кухаркой, хоть чернорабочей, если бы в детстве он узнал, что такое настоящая теплота, то все сложилось бы совсем иначе. Но поздно, слишком поздно. |