Книга Белый Дракон, страница 240 – Мария Токарева

— Ложь! Выпустите нас из города! – ревела толпа, состоящая из простого народа и вооруженных мечами охотников. Похоже, когда открылись ворота Цитадели, на сторону Энн встало еще больше людей, чем до начала штурма.

Только Уман не мог ни сдаться, ни изменить сторону, даже если эта верность ныне уничтоженным магнатам губила его.

Он не собирался дешево продавать свою жизнь: размахнулся мечом и едва не снес голову Мио, отчего Джоэл выхватил клинок, готовый броситься в бой уже на стороне Энн. Или он надеялся разнять их, как дерущихся щенков? Развести по разные стороны улицы, встав между ними стеной, объявив, что это они разрушили город? Или не они… Не имело больше значения, и вмешаться тоже не получилось: пока Уман заносил над головой меч, чтобы нанести удар стремительно несущейся на него Энн, ее верная свита вскинула арбалеты.

— За моих девочек! – громче толпы крикнула Энн, скрещивая с Уманом клинки, сдерживая его сокрушительный натиск.

— За Луизу! – одновременно прорычала Мартина, всаживая Уману в грудь арбалетный болт. Звук выстрела затерялся в гуле толпы, но последние защитники падшей Цитадели замерли.

— Кто вас будет защищать… – только прохрипел Уман, тяжело заваливаясь набок, утопая в груде скрюченных и распластанных тел, заваливших баррикады.

— Уман! – только охнул Джоэл, и его нечеловеческий измененный слух выхватил из общего гомона последние слова верховного охотника:

— Сюзанна, кто тебя защитит…

Потом он затих, замер, поглощенный толпой. Джоэл застыл на краю крыши, закусив ладонь, чтобы не закричать. Мигом пронеслись в памяти те времена, когда они с Уманом гоняли по крышам сомнов, когда выслеживали первого легендарного, все вместе, когда Энн сражалась вместе с ними. Даже припомнился день, когда тащили сундук Джоэла в мансарду. Давно… Все случилось очень давно, тысячу лет назад, в другой жизни, в другом мире.

Теперь посреди улицы, с пробившим броню арбалетным болтом в груди, лежал верховный охотник, которому хватило цинизма казнить Грэма и Бима. И все же… Джоэл считал его другом. И новая потеря разбередила незаживающие раны, ударила ощущением бессмысленности любых действий.

Возможно, в этот день он и спас кого-то, но только не тех, кого знал. Хотя Мио и Мартина во главе с Энн, с их пламенным вождем, наслаждались совершившейся местью, пока тело Умана затаптывали отступающие охотники.

Потеряв лидера, остатки воинов Цитадели частично подняли руки с мечами, сдаваясь на милость Энн, частично ринулись в проулки, подобно черным тараканам. Но вряд ли им хватило бы сил на новую слаженную атаку: они лишились всего, город больше не принимал ни их порядок, ни их силу.

За Энн шли, хотя она начала революцию, основываясь на общих заблуждениях. Или почти заблуждениях. В конце концов, стимуляторы вредили и калечили, но не до конца: плоды спонтанного эксперимента замаячили на краю улицы. Снова показались люди с перьями и рогами, кто-то бил себя по бокам длинными хвостами с кисточками, кто-то взмахивал крыльями. Временами они возвращали себе вид обычных людей, потом снова менялись, наверное, по воле настроения или необходимости – в форме созданий Хаоса они приобретали нечеловеческую ловкость и скорость.

— Не стрелять! – подала сигнал Энн, но меч не опустила. Иные приближались и вроде бы не собирались атаковать.