Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 16 – Сара Блейдс

22 мая 1940 г.

Вечером отец не приехал – в последнее время он все чаще работал по ночам. Он всегда был целиком и полностью предан своей работе, но в последние несколько месяцев нагрузка резко увеличилась. Он уезжал, когда мы еще спали, и возвращался, когда все уже спали, – если вообще приезжал. Многих студентов призвали в армию, и его нагрузка в университете должна была бы сократиться. Но теперь он возглавлял Комитет научных исследований противовоздушной обороны – секретный комитет, разрабатывавший оборонительные технологии для военных. Я старалась не обижаться на его работу, но было нелегко: работа отнимала столько времени, что на меня его совсем не оставалось.

Леди Монтгомери тоже стала мало бывать в Хейвенворте. Раньше она большую часть времени проводила в отцовской лаборатории – необычно для женщины такого происхождения, но ее это совсем не беспокоило. Мачеху более интересовали уравнения, чем правила этикета. Но в комитете для нее места не нашлось, поэтому она целиком сосредоточилась на помощи армии у себя дома, с головой уйдя в разнообразную благотворительность и работу комитетов, связанных с войной. В своем доме она с готовностью приняла перемещенных детей.

Впрочем, забота об этих детях почти полностью легла на мои плечи – я была единственной в доме, у кого не было иных обязанностей. Я должна была их учить, укладывать спать, следить, чтобы они каждую неделю писали своим родным. Но, хотя отец и мачеха считали меня достаточно взрослой для этого, решений относительно моей собственной жизни они мне не доверяли.

Когда отец впервые сказал мне, что мы едем в Англию, я была в ужасе. Со дня смерти мамы не прошло и четырех месяцев. Но он обещал, что мы едем в огромный особняк с большими садами, где у меня будет спальня, достойная принцессы, где меня радушно встретят и я стану счастливее, чем когда бы то ни было, а новая мама будет меня просто обожать. Не знаю, как я позволила себе поверить, что в Англии меня будет ждать моя родная мама, восставшая из могилы, – я уже была достаточно взрослой для подобных детских фантазий. И все же эта мысль поддерживала меня во время долгого пути через Атлантику.

Все сложилось не так, как мне обещали. Поначалу леди Монтгомери пыталась быть доброй – по-своему. Но она просто не представляла, как стать мне матерью. Впрочем, я и сама никак не облегчала ей эту задачу. Меня обижала легкость, с какой она и мой отец возобновили свои отношения. А они действительно возобновились. В то время я не понимала, что они поженились так быстро, потому что любили друг друга еще в юности. Родители леди Монтгомери запретили ей выходить замуж за человека более низкого социального происхождения, но к тому времени, когда мой отец овдовел, они давно умерли, и они с моей мачехой наконец-то смогли быть вместе, о чем всегда мечтали.

Отец приехал лишь на следующий день после получения письма о приеме в Голдингс. Мы заканчивали ужинать, и я услышала, как к дому подъехала отцовская машина. Я кинулась к двери и распахнула ее, прежде чем он успел подняться. Волосы его необычно растрепались, и я заметила, сколько седых прядей появилось у него за последний год. Его одежда была помята и вся в пятнах – судя по всему, он несколько дней не переодевался.