Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 106 – Сара Блейдс

Мне хотелось извиниться, но я сдержалась. Я не хотела его обидеть, но скрывать все от Маргарет нечестно. Она стара и больна, но не слаба.

— Эндрю, подождите…

— Нет-нет, все хорошо, – спокойно ответил он, протягивая мне руку. – Я не обиделся. По крайней мере, не на вас. Просто я подумал, что для такого разговора следует выпить.

Я протянула ему руку в ответ, и он помог мне подняться. Ладонь моя ощутила электрическое покалывание. Эндрю задержал мою руку чуть дольше, чем нужно было, и мне показалось, что он тоже это почувствовал.

— Вы любите виски? Маргарет всегда любила. Боюсь, в этом доме ничего другого не найдется.

— Это именно то, что мне сейчас нужно.

Он подвел меня к большому деревянному шкафу у дальней стены. Там стояло несколько бутылок хорошего виски и других напитков – впечатление было такое, что к ним сто лет никто не прикасался. Эндрю плеснул янтарной жидкости в два стакана.

Я поднесла стакан к носу, чтобы насладиться сильным ароматом, прежде чем сделать первый глоток. Аромат был насыщенным, земным, напоминающим прогулку по влажному лесу. Спиртное придало мне смелости вновь начать разговор.

— Я знаю, нелегко причинять близким людям боль. Но я точно знаю, что защитить их от мира просто невозможно.

Эндрю смотрел на свой стакан.

— Не понимаю, зачем бередить старые раны. Как это принесет душевное спокойствие? Мы можем никогда не узнать, что случилось с Ирэн.

— Может, и не узнаем. Но, возможно, это не то, что нужно Маргарет. Может быть, ей нужно прощение. Ирэн раскаивалась в том, что сделала. Думаю, этот рисунок – ее способ попросить прощения у Маргарет.

— Если бы она раскаивалась, то вернулась бы. А не сбежала.

— Чтобы простить человека, он вовсе не обязательно должен заслужить прощение.

Эндрю долго молчал. Теплый свет люстры отбрасывал тени на его лицо, и мне было трудно понять, что он думает. Потом он сделал глоток виски и спросил:

— Если бы у вас была возможность простить сестру, вы простили бы?

От этого вопроса я задохнулась. Сама я задавала его себе бесчисленное множество раз, но не могла ответить, не заглянув в самые темные уголки своей души.

— Я хотела бы. Но я была слишком испугана, чтобы понять, почему так злюсь.

— Вы могли бы начать с простого разговора.

Я мрачно рассмеялась:

— Так вы пытаетесь перевести разговор с Маргарет на другую тему?

Лукавая улыбка разрушила мою оборону, словно та представляла собой тончайшую паутинку.

— Отчасти. Но я чувствую, что вы несете на своих плечах тяжелый груз. Это видно по вашим глазам, даже когда вы пытаетесь это скрыть.

Горло пересохло. Я допила виски и поставила стакан на мраморную столешницу.

— Я злюсь на Ребекку за то, что она умерла. Я злюсь, потому что она не сделала для Сэма все, что могла. Я злюсь, потому что дала ей все шансы, а она отбросила мою помощь, словно тряпку.

Эндрю вновь наполнил мой стакан.

— Зависимость – дело сложное. Срыв не означает, что она не пыталась и что ей не было никакого дела. Современная медицина не всесильна. За подобными вещами часто стоят невысказанные травмы, которые трудно преодолеть.

Я сморгнула подступившие к глазам слезы.

— Честно говоря, я злюсь не на нее. На себя. Я злюсь, что не смогла спасти ее. Пытаясь это сделать, я потеряла почти все, но ничего не вышло.