Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 107 – Лилия Тимолаева

Увидев меня, Бастиан выпрямился и сделал шаг навстречу. Потом остановился, всматриваясь в лицо.

— Закрылся?

— Да.

— Вы не успели?

Вот теперь я улыбнулась.

— Успела.

Он понял и выдохнул, словно все это время сдерживал дыхание. Я сама взяла его за руку.

— Я решила остаться.

Бастиан притянул меня к себе. Мы постояли молча; впервые за вечер можно было никуда не спешить.

— Что теперь? — спросил он наконец.

Я посмотрела на дорогу к Колыбели. Завтра было назначение, работа, письма — целая жизнь, которую еще предстояло устроить.

— Теперь мне нужна новая кухня. Или хотя бы крепкий стол: семеро детей за месяц довели старый до конца.

Бастиан поднял брови.

— Осталось четверо.

Миро у Варров. Рина у брата. Лора у Марет. В Колыбели сегодня ночевали Тивен, Кай, Ася и Оли. Я посмотрела на него.

— Дай им время.

Первое «ты» прозвучало так естественно, что я заметила его только по улыбке Бастиана.

Бастиан рассмеялся открыто, не пытаясь спрятать улыбку или сделать вид, что ничего особенного не произошло.

— Уже боюсь.

— Поздно.

— Это я тоже где-то слышал.

— Привыкай.

Он помог мне сесть в экипаж. Мы поехали обратно, к воротам Колыбели.

Домой.

Через год Клеменс Раут все еще умел появляться в Колыбели именно в тот момент, когда у меня было больше всего дел.

Он указал на три страницы без подписи. На двух я действительно забыла расписаться; на третьей нужного места не было. Клеменс придвинул лист и показал, где оставить пометку.

Год назад за этим столом он объявил о закрытии Колыбели. Теперь проверял месячный отчет Свободного круга. Из приемной доносились голоса посетителей: за право увидеть детей больше не приходилось спорить месяцами.

Следующим оказалось дело нового мальчика. Он жил у нас четвертый день; ближайшую родственную ветвь нашли только вчера, и представитель еще проверял обстоятельства. Я назвала срок следующего разговора, Клеменс внес его в заметки.

В дверь постучали. Он по привычке разрешил войти раньше меня. Я хотела напомнить, чей это кабинет, но на пороге уже стояла Ася.

Увидев Клеменса, она задержалась возле двери. Раньше ушла бы и пришла позже, когда мы останемся вдвоем. Теперь дождалась, пока он отложит перо.

— Добрый день, Ася.

Она помолчала.

— Добрый.

И повернулась ко мне:

— Женя, Лора написала. Она приедет сегодня, а не завтра.

Я обрадовалась. Ася продолжила, заметно довольная новостями:

— Еще она спросила, можно ли остаться до воскресенья.

— Конечно.

— Марет тоже приедет?

— Не написала?

— Нет.

— Тогда узнаем вечером.

Ася кивнула.

— Все.

— Спасибо.

Ася ушла, а Клеменс еще некоторое время смотрел на дверь. Потом отметил, что год назад она почти не разговаривала с ним.

— Тогда вы приезжали распределять их по адресам, — сказала я.

Он не стал возражать. За последние месяцы мы несколько раз меняли порядок после его проверок, и он уже не пытался представить каждую поправку исключением.

На моей двери больше не было слова «временная». Постоянное назначение комиссия утвердила на следующий день после того, как я осталась. Клеменс голосовал за, хотя еще несколько недель предпочитал обсуждать со мной исключительно счета.

— Что с новым порядком сопровождения? — спросила я.

— Это вопрос к вашему мужу.

Слово до сих пор иногда казалось мне непривычным. Не неправильным. Просто новым. Мы с Бастианом поженились три месяца назад. Без дворца. Без королевского приема.