Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 76 – Илина Ясная

И Анабелла увидела момент, когда всё сложилось у неё в голове.

— Нет…

Селестина очень медленно подняла глаза.

— Так вот какие фантазии гуляют в твоей прекрасной головке.

Анабелла грозно посмотрела на неё.

— Будешь смеяться — отлучу от стрингов.

Селестина мгновенно подняла обе руки в знак капитуляции.

— О нет. Ты не настолько жестока. К тому же где ещё найдёшь женщину, способную надеть всё это и не скончаться от разрыва сердца?

Они рассмеялись.

А потом началась работа.

Селестина рассматривала рисунки совсем иначе, чем Анабелла. Та видела форму, ткань и посадку. Селестина — саму игру.

Хвост у кошачьего костюма, по её мнению, должен быть тоньше. Слишком пушистый может превратить чувственный образ в дешёвый маскарад. Ленту на шее она одобрила сразу, но они долго спорили о ширине. В итоге решили сделать несколько вариантов и посмотреть уже на готовом костюме.

Селестина постоянно напоминала и о главном: всё должно легко сниматься.

— Это почему-то становится обязательным требованием ко всей моей одежде, когда ты рядом, — заметила Анабелла.

— Потому что я думаю о практичности.

— Конечно.

Особенно Селестину впечатлила горничная.

В глазах сразу появился тот самый блеск, который Анабелла уже научилась распознавать.

Селестина встала, слегка опустила плечи и скромно потупила взгляд. Потом медленно подошла к Анабелле, идеально изображая робкую прислугу перед хозяйкой.

— Чего желает моя госпожа?

Поза выражала абсолютную покорность.

А вот глаза — совершенно обратное.

Там плясал огонь.

Анабелла представила Райвена.

— Боюсь, он этого не переживёт.

Обе снова рассмеялись.

— С тобой я становлюсь совершенно испорченной женщиной, — заявила Селестина.

Анабелла с самым серьёзным видом покачала головой.

— А я была уверена, что это твоё ужасное влияние на меня.

Селестина сложила руки и совершенно невинно захлопала ресницами.

Они перешли к следующему образу.

Лекарка появилась уже благодаря самой Селестине. Анабелла не знала, как здесь обычно выглядит подобная одежда, поэтому сначала пришлось выслушать подробное описание. Потом на бумаге возник светлый верх, короткая юбка — значительно короче любой вещи, которую приличная женщина позволила бы себе на улице, — небольшой передник и несколько карманов. Для настоящей работы почти бесполезных, зато прекрасно поддерживающих образ.

Селестина тут же потребовала первый костюм себе и с совершенно невинным лицом начала рассказывать, как будет спрашивать Райвена, где именно у него болит.

Анабелла смеялась, пока не заболели щёки.

Но через некоторое время веселье немного стихло, и она неожиданно посмотрела на Селестину серьёзнее.

— Знаешь… мне это в тебе действительно нравится.

Селестина подняла бровь.

— Испорченность?

— Нет.

Анабелла замолчала, пытаясь точнее подобрать слова.

— Ты сама. Не только то, как ты себя ведёшь. Скорее… как ты себя преподносишь.

Селестина тоже перестала улыбаться.

Анабелла неожиданно почувствовала, что её слова задели что-то более глубокое, чем она собиралась.

— Мне нравится, что ты не пытаешься казаться другой. Как говоришь о мужчинах, о желаниях, об игре. Спокойно. Свободно. Без жеманности и лишнего стеснения.

Она на мгновение замолчала.

— И я, наверное, тоже хочу так уметь.

— Свободно говорить?

Анабелла задумалась.