Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 73 – Илина Ясная

На этот раз Кассиан даже не пытался убедить себя, что думает об устройстве застёжки.

Анабелла стояла напротив лавки и внимательно разглядывала фасад. Отошла на несколько шагов, чтобы увидеть его целиком, и едва не врезалась в проходившего мимо мужчину. Быстро извинилась и снова повернулась к зданию. В альбоме уже лежал рисунок, на котором лавка выглядела совсем иначе, и теперь этот образ настолько прочно стоял перед глазами, что Анабелла почти видела готовый результат. Осталось самое сложное — объяснить рабочим, что именно она хочет.

Из лавки вышел мужчина, которого Марта посоветовала для ремонта фасада.

— Что-то не так?

— Всё.

Анабелла тут же поняла, что ответила слишком быстро и прозвучало это гораздо мрачнее, чем хотелось.

— Нет, не в плохом смысле. Основа очень хорошая. Просто будет жалко полностью всё закрашивать.

Она подошла ближе и провела ладонью по шершавой доске. После очистки дерево сохранило красивую фактуру и глубокий благородный оттенок. Если правильно его обработать, оно само по себе будет выглядеть дорого. Поэтому прятать всю эту красоту под слоем краски совершенно не хотелось.

Анабелла открыла ежедневник. Между страницами уже лежали небольшие отрезы тканей тех оттенков, которые она подобрала для фасада. Первый она протянула мастеру.

— Основной цвет хочу примерно таким.

Он посмотрел на ткань.

— Зелёным?

— Пыльно-зелёным. И краска обязательно матовая. Никакого блеска.

Мужчина посмотрел на неё так, будто словосочетание «пыльно-зелёный» только усложнило ситуацию.

— Основа зелёная, но с серым подтоном, — терпеливо объяснила Анабелла.

В его глазах снова мелькнуло лёгкое беспокойство.

— Краску будем выбирать вместе, — успокоила она.

Мужчина заметно расслабился.

Дальше всё пошло проще. Анабелла показала резьбу, которую хотела совсем немного подчеркнуть приглушённой золотистой краской, затем отметила участки фасада, которые вообще не следовало закрашивать. Дерево там достаточно было очистить, правильно обработать и покрыть защитным составом. Фурнитуру она выбрала тёмную, тоже матовую, чтобы металл не выглядел слишком новым рядом со старым деревом.

С продавцом красок оказалось куда сложнее. Кажется, за время разговора Анабелла едва не довела бедного мужчину до заикания, пытаясь объяснить оттенок, существовавший пока исключительно в её голове. Один из предложенных вариантов она назвала цветом больной травы, другой — очень грустной лягушки. После второго сравнения лавочник схватился за голову и несколько секунд молча смотрел в потолок, словно просил богов дать ему терпения.

Зато в конце концов нужный оттенок нашёлся.

Глубокий, приглушённый зелёный. В тени он казался почти серым, зато на свету проявлялся благородный насыщенный оттенок, действительно чем-то напоминавший старые королевские интерьеры. Рядом с тёплым ореховым деревом цвет выглядел именно так, как Анабелла представляла.

— Вот этот.

Лавочник тяжело выдохнул.

Кажется, счастлив был не меньше неё.

Пока рабочие занимались фасадом, Анабелла твёрдо решила им не мешать. Решения хватило примерно на четверть часа. Когда она вышла на улицу в третий раз, рабочие одновременно повернули головы в её сторону. Анабелла молча встретилась с ними взглядами, поняла всё без слов и так же молча вернулась внутрь.