Книга Афера генерала Фераро, страница 27 – Майя Фар

Я чувствовала тепло его руки, лежащей у меня на спине, другой рукой он сжимал мою ладонь, а всё моё тело наполнялось жаром, идущим от его тела. И этот жар постепенно просачивался внутрь меня туда, где глубоко внутри находился кусок льда, в который я когда-то превратила своё сердце, когда поняла, что мне надо прожить свою вторую жизнь по правилам мира Узора.

Это было очень опасно, потому что я поняла, что именно его жар способен растопить тот лёд, который оказался не таким уж толстым, как я себе придумала.

Я уже хотела сказать что-нибудь колкое, подняла лицо и заметила, что он на меня смотрит. Наши взгляды столкнулись, и я начала тонуть в его тёмных глазах. Мне казалось, зрачки в них медленно вытягиваются в узкие вертикальные щёлочки. На самом краю сознания билась мысль, что у драконов это что-то значит. Что-то важное. Но что, я никак не могла вспомнить.

Я видела его глаза, чувствовала жар его дыхания.

«Он сейчас меня поцелует», — подумала я.

И поняла, что хочу этого.

И вдруг раздался громкий звон.

Я вздрогнула, наваждение спало.

— Вы ждёте кого-то? — спросила я Фераро.

— Нет, — удивлённо ответил он. — Но, сюда мало кто может прийти. Так что это свои.

Звонок повторился.

— Простите, Аврора, — Альберт отпустил мою руку и пошёл открывать дверь.

— Шеф… мы не могли с вами связаться, — раздался из коридора виноватый голос, который мне напомнил о Милоше, и сразу стало неловко, что я ведь про него хотела узнать и совсем забыла.

Я даже выдохнула. Так меня поразила собственная беспечность.

— А в чём дело? — спросил Фераро*, и в его голосе не было никаких бархатистых ноток, только железо, как и его имя.

(*Здесь ссылка на созвучие имени генерала с названием железа на латыни «ferrum»)

— Госпожа Конвей, — только начал говорить мужчина, а я уже почувствовала, что у Фераро «встала шерсть на загривке». Потому что даже воздух изменился, как будто бы прошла ледяная волна, и сразу стало зябко.

«Вот это сила!» — подумала я.

— Что с ней?

Голос мужчины, который отвечал, задрожал. А я подумала, что если мне стало не по себе, а я находилась в другой комнате, то каково тому, кто сейчас стоял прямо перед лицом генерала Фераро.

— С госпожой Кристин всё в порядке, — дрожащим голосом сообщил мужчина, которого генерал даже не удосужился назвать ни по имени, ни по званию. Просто мы обнаружили, что пока госпожи Кристин не было дома, кто-то там был. Вернее, это она заметила и сообщила нам.

Мужчина выдохнул, и добавил:

— Ну мы сразу постарались с вами связаться, и не смогли, вот я и приехал.

— Правильно сделал, сержант.

— Рониг, господин генерал, — уже успокоившись отрапортовал сержант.

— Идите вниз, сержант Рониг, я сейчас спущусь, — после того, как сержанту удалось доложить, он удостоился и имени, и звания.

«Интересно, кто эта Кристин, что генерал решил прервать нашу встречу?»

Когда Фераро зашёл, он сразу понял, что я всё слышала.

— Аврора, к сожалению, я должен уехать, и не могу просить вас дождаться.

Генерал намеренно провоцировал меня: едет к другой женщине, а меня просит дождаться.

А я … я не стала его спрашивать, кто такая Кристин Конвей. Улыбнулась и сообщила:

— Ну что же, Альберт, обещание своё вы выполнили, ужин был великолепен, поэтому с моей стороны никаких претензий. И… время позднее, а я люблю спать в своей постели.