Книга Зависимость от чудовища, страница 6 – Стейси Кроу

В наушниках заиграла Summertime Sadness. За окном давно стемнело, но свет включать не хотелось. Сидела на подоконнике, обхватив колени руками, и смотрела на огни. В комнате царила тишина, только музыка лилась прямо в голову.

Телефон пиликнул. Я глянула на экран — и внутри сразу потеплело. Дешон. Брату сейчас двенадцать. Мы переписываемся в мессенджере почти каждую неделю. Единственная связь с местом, которое когда-то звалось домом, но никогда им не являлось.

«Сия, привет! Как учёба? Я получил четвёрку по математике, мама сказала, что молодец. А Джон обещал купить новую приставку, если закончу четверть без троек. Скучаю по тебе. Когда приедешь?»

Дурацкая улыбка сама поползла по лицу. Дешон замечательный. Серьёзно. Не знаю, как у таких родителей вырос такой ребёнок, но мальчик стал самым светлым пятном в жизни. Брат не понимает, почему отношение матери и отчима к старшей сестре настолько отличается от их отношения к нему. Объяснить это сложно. Как рассказать подростку, что Джуди родила по залёту в семнадцать и всю жизнь воспринимала первенца как обузу? А Джон просто не выносил чужого ребёнка, видя во мне напоминание о глупой молодости, о безрассудстве Джуди. Он слишком мал для этой правды. А может я слишком труслива.

Обычно я пишу ему о буднях в университете, смешных преподавателях, отправляю мемы. На дни рождения и Новый год тайно отсылаю подарки. Оформляю доставку на вымышленное имя, чтобы мать не догадалась. В коробку кладу что-то, что точно порадует: настолка, книга, футболка с любимым героем. Дешон потом всегда спрашивает: «Спасибо, это от тебя?». И получает неизменное: «Может быть».

Радует, что ему не на что жаловаться. Он растёт в любви и заботе. Имеет собственную комнату, кучу игрушек и родителей, которые его обнимают. У него нет синяков и страха перед шагами за дверью. Нормальная жизнь. И меньше всего хочется, чтобы он узнал, какой ценой это досталось. Пусть не чувствует вины за то, что его любят, а меня — нет. В этом нет его греха.

«Приеду, когда смогу, — соврала я, ведь в ту квартиру никто не зовёт. — Рада за приставку. Учись хорошо. Целую».

В ответ прилетел смайлик с сердечками, и Дешон пропал из сети. Наверное, позвали ужинать. Вместе с мамой и Джоном. За одним столом. Как обычная семья.

Убрав телефон, я снова посмотрела в окно. В стекле отражался собственный силуэт: растрёпанные светлые волосы, старый свитер и наушники на шее.

Хочу ли я это исправить?

Наверное, нет.

Слишком много дерьма случилось между нами. Джуди. Обычное имя для женщины, которая просто не захотела стать матерью. Для меня она именно Джуди, не мама. Я перестала называть её так в тот день, когда услышала, что мешаю. Джон, Джуди и Дешон — идеальная семья. Красивая картинка: папа, мама, сын. Все улыбаются, все счастливы. И Сия, которая в этот пазл не вписывается. Никак.

Я нажала на плэй, и в динамиках зазвучала Born to Die: «Come and take a walk on the wild side, let me kiss you hard in the pouring rain...» Хочется иногда, чтобы кто-то поцеловал под дождём. Чтобы сказал, что я нужна. Чтобы кто-то выбрал меня. Но пока есть только Лана. Её голос, обещающий: даже если всё плохо, в происходящем кроется своя красота.

Я просидела на подоконнике до глубокой ночи. Слушала треки, смотрела на огни и размышляла о том, что где-то в параллельной реальности могла бы существовать другая Сия. Любимая. Не знающая страха. Верящая, что завтра станет лучше.