Книга Зависимость от чудовища, страница 112 – Стейси Кроу

Кастил поднялся. Не обернулся на неё. Даже не взглянул. Схватил меня крепче и настойчиво потянул за собой.

— Пошли, — сказал он тихо.

И я пошла.

Мы бежали по коридорам, мимо аудиторий, мимо изумлённых студентов, мимо открытых дверей и чужих взглядов. Кастил тащил меня за руку, и я не сопротивлялась. Просто бежала следом, чувствуя, как колотится сердце, как перехватывает дыхание.

Мы вылетели на улицу. Прочь из университета. Прочь от всех глаз, шепотов, толпы.

Остановились у стены здания, в тени деревьев. Я согнулась пополам, пытаясь отдышаться, но он не дал.

Рванул меня к себе.

Притянул за талию. Впился в мои губы.

Поцелуй был жёстким, страстным, почти злым. Я чувствовала его язык, его дыхание, его руки, которые сжимали меня так, будто боялись, что я исчезну. Сначала я пыталась сопротивляться, упёрлась ладонями ему в грудь, оттолкнула, но куда там. Он был как скала. Как стена. Как тот самый монстр, который врывался в мою жизнь и переворачивал всё вверх дном.

А потом я сдалась.

Мои руки ослабли, пальцы вцепились в его кофту, притягивая ближе. Я отвечала на поцелуй. Зло, отчаянно, жадно. Вкладывая в него всю боль, всю злость, всю тоску последних месяцев. Он принимал это. Не отстранялся. Не пытался смягчить.

Когда мы оторвались друг от друга, я тяжело дышала. Смотрела на него, на его припухшие губы, на тёмные глаза, на татуировки, выглядывающие из-под ворота.

— Ты псих, — прошептала я.

— Твоя правда, — ответил он.

И прижал меня к себе. Крепко. Так, что я слышала биение его сердца, быстрое, громкое, живое.

Я не плакала. Не говорила ни слова. Просто стояла, уткнувшись лицом ему в грудь, и чувствовала, как мир вокруг перестаёт вращаться.

Хотя бы на минуту.

А потом я вспомнила, что не имею права сейчас вот так стоять. И чтобы не случилось со мной. Есть тот кому помощь сейчас была в миллион раз нужнее.

Я села на пассажирское сиденье, захлопнула дверь.

— Пристегнись, — сказал он.

Я пристегнулась. Мы молчали всю дорогу.

Я смотрела в окно на убегающие дома, деревья, столбы. Город кончился, потянулись поля, потом снова спальные районы. Кастил вёл уверенно, одной рукой, но я заметила, как он сжимает руль.

— Ты не обязан был это делать, — сказала я, не глядя на него.

— Я знаю.

Я повернулась к нему. Он смотрел на дорогу, но я видела, как напряжены его челюсти.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я тихо.

Он помолчал. Потом ответил, не глядя:

— Ты знаешь зачем.

Я знала. Он сказал это. Перед всей толпой. На коленях.

Но услышать это снова, здесь, в машине, когда мы едем забирать моего брата из ада, было... страшно. Потому что я не знала, что с этим делать. Не знала, как отвечать. Не знала, хочу ли отвечать.

— Я не просила тебя любить меня, — сказала я.

Он резко выдохнул. Почти усмехнулся.

— Об этом разве нужно просить?

Я отвернулась к окну.

Внутри всё дрожало. Я ненавидела его за эту уверенность, за эту настойчивость, за то, что он влез в мою жизнь и перевернул её. Но я также знала, что без него я бы не выжила. Что он единственный, кто был рядом, когда никто другой не мог помочь.

Это сводило с ума.

Мы подъехали к их дому через сорок минут.

Старый дом, облупившаяся краска, запах гари из мусоропровода. Я смотрела на этот дом и чувствовала, как внутри всё сжимается. Сколько лет я мечтала отсюда сбежать. Сколько лет боялась возвращаться.