Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 5 – Наоми Каттнер

В его списке дел – между «Убедиться, что оружейный тайник под кухонной раковиной защищен от грызунов» и «Пополнить запас протеинового порошка» – появилась новая строчка: «Выяснить, что Тед знает о моем прошлом. И кто ему об этом рассказал. И постараться обойтись без трупов. По возможности».

Ниточка, связывавшая его прежнюю работу с этим городком, была оборвана. Данте в этом не сомневался. На том настояли обе стороны: и он, и его бывший работодатель. Кому это было нужнее? Они, чтобы списать его со счетов, или же он сам, чтобы сбежать от прошлой жизни? Этого Данте вспомнить не мог. А помнил он лишь одно: желание снова почувствовать себе живым, ощутить что-либо, кроме безысходности, периодически разбавляемой вспышками хорошо рассчитанного насилия.

Раз Данте не сможет применить свои обычные методы, разобраться с Тедом будет куда сложнее. А ведь убийство людей – такой эффективный и, самое главное, простой способ решения проблем. По крайней мере, если ты – движущаяся мишень, работающая в горячих точках по всему миру. Для того же, кто решил остепениться и осесть в глуши, где между людьми нет секретов, вариант так себе.

Данте поднял взгляд и увидел, что Тед ждет ответа на вопрос, который он пропустил мимо ушей. Данте пробормотал что-то нечленораздельное и снова покрутил чайник.

— Так что скажете?

— Насчет чего?

— Охрана и наблюдение. Всего на один вечер – следующая суббота. Я устраиваю небольшой закрытый прием в этом отеле. Для особых, важных гостей. Собираемся смотреть праздничный салют в честь дня рождения города. И я бы хотел подстраховаться.

На мгновение в глазах Теда мелькнуло нечто, что привлекло внимание Данте, – страх. Неподдельный страх, из-за которого бывает невозможно сомкнуть глаз в ожидании рассвета.

— Хм.

— И тогда я гарантирую вам, что ни одна душа в этом городе не узнает о вашем прошлом.

— Я подумаю. – Данте оставил под чашкой двадцатку.

— Погодите!

Но Данте уже спускался по лестнице с веранды «Перечного дерева». Он ступил на коротко подстриженную траву у обочины, служившую в этой части города тротуаром. Утренняя роса медленно испарялась под солнечными лучами. Впереди его ждал жаркий летний день.

Радуйся мелочам. Не иди по легкому пути. Одно убийство – и ты в дерьме. Данте бросил взгляд на кожаную повязку на левом запястье. Восемьдесят девять дней, ни одного трупа. Вдох на пять, выдох на десять, как советовал психолог.

На закате его карьеры мысль и инстинкт, анализ и действие практически слились воедино, их разделяла лишь тонкая, как лезвие, грань.

Именно поэтому Данте и предложили досрочно уйти на покой. Оказалось, слишком большое количество трупов (пусть некоторые из них и пропали без вести) портило квартальный отчет.

Вот почему теперь он раз в неделю созванивался по «Зуму» со своим психологом и каждое утро полчаса занимался йогой, за которой следовали дыхательные упражнения и управляемая медитация^[2]. Сейчас он больше всего любил слушать дзен-буддистов.

Интересно, дрогнула бы загадочная улыбка Будды, если бы Данте вдребезги разбил стоящий в отеле кофейный сервиз «Королева Анна» о лицо Теда?

Скорее всего, Будда бы такой подход не одобрил.

Чтобы сбросить напряжение, стоило прогуляться по набережной, а потом уже принимать решение. И кстати, по пути располагалась неплохая кофейня. Раз уж ему нельзя никого убивать, то хотя бы можно насладиться вторым завтраком.