Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 49 – Наоми Каттнер

— Слушайте! – взорвался Дерек. – Она мертва, ясно? Вы пришли сюда, чтобы оскорблять ее? Проявите хоть каплю уважения, черт возьми!

На последних словах его голос дрогнул.

— Может, не стоит? – шепотом спросил Чарли.

Элеонор его проигнорировала.

— Дерек. – Ее голос смягчился. – Я пришла не для того, чтобы кого-то оскорблять. Я хочу того же, чего и вы, – узнать правду о том, кто убил Дженис. Полиция считает, что это сделал Чарли, – из-за слухов, которые Дженис распускала после смерти его отца.

— Я это помню.

Дерек уставился на Чарли, словно наконец узнал его, и тут же отвел взгляд.

— Думаю, Дженис стала жертвой, потому что кое-что знала. Какой-то секрет, за который можно было и убить.

Дерек потер глаза. Чарли не мог понять, то ли мужчина смахивал непролитые слезы, то ли просто был уставшим и с похмелья. В равной степени могло быть и то и другое.

— Моя жена была слишком умна, за что и поплатилась, – пробормотал Дерек. – Ладно, заходите. Но я ничего не знаю.

— Спасибо, – сказала Элеонор и прошла мимо него в просторный коридор с ковровым покрытием.

Дом напоминал карикатуру на роскошное жилье, словно его хозяева черпали вдохновение не из реальности, а в глянцевых журналах.

В гостиной стояли диваны из белой кожи, и Чарли был готов поклясться, что в столе хранятся ярлыки и ценники из мебельного магазина. Ковер был кремового цвета, в тон портьерам. Цветовая гамма была выбрана тем, кто не планировал заводить детей, собак, кошек и, возможно, не собирался здесь есть.

Элегантность гостиной портили явные признаки строгой «диеты» Дерека: многодневное пьянство и отсутствие уборки. Пивные бутылки покрывали все возможные поверхности, уступая место лишь бутылкам из-под более крепкого алкоголя и парочке бокалов для вина.

— Присаживайтесь.

Дерек махнул в сторону дизайнерской мебели и рухнул на диван, сохранивший отпечаток его прежней позы.

Чарли аккуратно смахнул сигаретный пепел с белой кожаной подушки и сел рядом с Элеонор. Данте же остался у двери.

Дерек смотрел на них с усталой неприязнью.

— Я бы и сам хотел выяснить, кто убил мою жену. Этим, по идее, и должна заниматься полиция.

— Ну разумеется, – сказала Элеонор. – Мы просто обеспокоены тем, что они сосредоточили свои поиски на очевидных, а не правильных местах. Когда Дженис начала получать дополнительный доход?

Дерек провел ладонью по лицу:

— В браке трудно хранить секреты. Порой идиллия строится на нежелании знать определенные вещи… – Его взгляд устремился вдаль, за пределы безликой дизайнерской мебели. – Все началось, когда она купила БМВ. Мы тогда сильно поругались. Я сказал, что нам не потянуть выплаты. Она ответила, что приобрела машину за наличку. Я спросил, откуда у нее такие деньги. Вот она и рассказала про богатую тетю в Дубае.

— И как давно это было? – спросила Элеонор.

— «Олл Блэкс» тогда обыграли «Рагби Севенс» в Аделаиде, – сказал Дерек. – Так что… лет девять-десять назад. Примерно в то время, когда Эдриан Уилсон… – Он запнулся и стал с интересом разглядывать пол.

— А потом? Были и другие денежные поступления?

Словно на автопилоте рука Дерека вытащила бутылку рома из кармана халата. Он наклонился вперед, держа ее перед собой, как какой-то талисман.

— Не знаю. Наверное.

— Вы работаете бухгалтером. Зарплата средняя, порядка восьмидесяти – ста тысяч в год, – безжалостно продолжала Элеонор. – А этот дом стоит сколько? Около двух миллионов? Плюс порше Дженис, ваша тесла, костюмы Версаче, жемчуга, два отпуска в год на Бора-Бора и Санторини, еще…