Книга Пустая ловушка, страница 55 – Джон Данн Макдональд

— Что?

— Я не хочу снова этого делать до тех пор, пока...

— Хорошо.

Она посмотрела на меня с сомнением:

— Ты не сердишься?

— Ты прелесть, Тони.

— Мне нужно идти на работу.

— Твоего босса сегодня не будет.

Она остановила дурачества и дала мне указания: держать дверь запертой, не издавать ни звука, пока ее не будет, не ходить, потому что пол скрипит, не лить воду, не поднимать занавески, не кашлять и не чихать, а если я храплю, то и не дремать.

— А я храплю?

Она отвела глаза:

— Я собиралась не спать и вроде как... охранять тебя, но заснула.

Тони ушла, и потянулся долгий день. Я слышал, как люди передвигались по дому, кто-то орудовал пылесосом. Потом начал постепенно умирать от голода. Я был пуст от шеи до колен. Я был пустым деревом, в котором белки увеличивали дупло. В качестве отчаянного эксперимента я съел косметическую салфетку, что нисколько не помогло. Мне хотелось рискнуть и послушать маленькое радио, чтобы выяснить, что обо мне говорят. Скучные, нескончаемые минуты сменяли друг друга. Я стоял у окна, выглядывал в зазор между шторами и рамой и наблюдал, как проезжают мимо редкие легковые автомобили и местные автофургоны. В соседнем дворе старик, костлявый и сморщенный, как мертвый цыпленок, катал взад-вперед по майской траве астматическую газонокосилку.

Я думал о своей милой. Шар упругой груди и изгиб атласного бедра. Пышущий жаром рот и холодные плечи. Все живое в наполненной шепотами темноте, все живое и все для меня — навсегда.

А еще я думал о других женщинах. В моих воспоминаниях они являли собой жалкую картину — слоящаяся кожа и кисловатые волосы, потасканные бедра и оплывшая грудь. Не так, как у моей милой. И сами они не такие твердые, горделивые, как она, и не с такой восхитительной кожей, как у моей милой.

Он пришел в три семнадцать. Я услышал его голос в коридоре, вкрадчивый и спокойный.

— Я знаю, это необычно, миссис Тимберлэнд, но все дело в работе, которую она принесла домой из офиса и которая нужна нам сегодня. Она сказала, что будет не против, если вы отопрете дверь и присмотрите за мной, чтобы удостовериться, что я ничего не украл.

Он рассмеялся, и женщина рассмеялась тоже.

Раздался металлический скрежет ключа в замке, и она сказала:

— Что-то у меня ключ не вставляется.

— Позвольте, я попробую?

Ключ, который я оставил в двери, был вытолкнут из замка. Он бесшумно упал на ковер. Я вышел из оцепенения слишком поздно, чтобы спрятаться в стенном шкафу. Дверь распахнулась, и Пол Франс вежливо мне улыбнулся. Хозяйка, потасканная женщина, напоминающая физиономией собаку боксера, уставилась на меня в шоке, который быстро сменился возмущением.

— Что вы делаете в моем доме? — воскликнула она.

Франс легонько тронул ее за плечо:

— Не стоит, не стоит, миссис Тимберлэнд. Я об этом позабочусь. Я прослежу за тем, чтобы он покинул ваш дом через пять минут. Это ведь никуда не годится, правда? — Он встряхнул головой, улыбнулся ей, зашел в комнату и затворил дверь.

Она постояла снаружи несколько секунд, потом пошла по коридору очень тяжелой поступью.

Все так же улыбаясь, Франс сказал:

— Объявлена тревога шестой степени, а вы затаились за два дома от них. Бог ты мой! — Он прищелкнул языком.

— Как вы меня нашли?

— Ваш мистер Уиллз пошел навстречу мистеру Прайору и провел меня по заводу. Повсюду, включая ваш кабинет. Когда я начал перебирать содержимое вашего письменного стола, весьма эффектная молодая дама очень вознегодовала, слишком уж вознегодовала. Так что я стал внимательнее к ней приглядываться. В ней, скажем так, была свежесть буйного цветения. Этакий взгляд Жанны д’Арк, какой появляется у молодых особ, принесших великую жертву. Как только я заполучил ее адрес в вашем отделе кадров, я был почти уверен, что обнаружу вас здесь. Ключ с внутренней стороны двери стал решающим доводом, Сьюэлл.