Книга Убойный отдел, страница 77 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Ник приподнял бровь, после чего кивнул — ему все тоже стало понятно. Он бросил мне ключи от своего «Порше».

— Детектив, я уверяю вас, мне нечего скрывать… — проговорил доктор. — Просто…

— Тогда передайте мне документацию, — я повернулся к нему. — Добровольно.

— Но…

— Тогда я поехал за ордером. Просто продолжайте принимать пациентов, док. И выдавайте рецепты на фентермин тем, кому он нужен.

Я улыбнулся и вышел из кабинета.

Я вышел из клиники и посмотрел на стоящий на обочине у входа «Порше», затем на ключи в своих руках. А потом подумал о том, насколько же Ник, черт возьми, мне доверяет. Ведь он на эту машину только что не молится. Когда я в прошлый раз упомянул, что поеду на ней сам, он только глаза выпучил. А в итоге все равно без колебаний дал мне ключи, хотя легко мог настоять на том, чтобы поехать в суд самому.

Я сел внутрь, завел мотор и плавно тронул машину с места. «Порше» отозвался на педаль удивительно легко. Его приемистость отличалась от всех машин, которые мне раньше доводилось водить. Нет, он не срывался с места, как напуганный, как это делал когда-то недолго пробывший моим «Шевель». Но при этом он как будто реагировал на педаль газа именно так, как ты от него ждешь.

Выехав на шоссе, я не удержался и немножко притопил. Но вместо ожидаемого рывка, как это было в том же «Шевеле», машина ответила довольно плавным ускорением. Несмотря на хищную спортивную внешность, какой-то безумной динамики «Порше» не демонстрировал, оставаясь вполне гражданской машиной. Но когда я начал осторожно обгонять едущие со мной в потоке автомобили и перестраиваться из полосы в полосу, то понял, что «немец» был чертовски хорошо посчитан инженерами. При вполне гражданской мощности он управлялся филигранно. В нем не было никаких электронных ассистентов для помощи водителю, но при этом я мог с точностью до сантиметра предсказать, где окажусь после любого движения рулем. Максимально аналоговый, но при этом острый в управлении автомобиль. Я начинал понимать, за что Касселс его так любил.

Машина была отличной, с моим «Шеветтом» я старался ее даже не сравнивать, чтобы не расстраиваться. Хотя и сказать, что я в нее прямо влюбился, тоже не мог. Все-таки мои подростковые годы пришлись на девяностые, и я ценил в машинах немного другие ощущения. Особенно если учесть, что я отродясь не являлся любителем «шашковать» на дороге, а именно на это тебя постоянно провоцировал «Порше». Так что я перестал баловаться, перестроился в правый ряд и уже в относительно спокойном темпе доехал до суда, не рискуя чужой машиной.

По-хорошему, надо было ехать в местный суд, потому что Беверли-Хиллз — отдельный город, и у него своя полиция. Но коли уж дело погибшей попало в наши руки, можно было использовать небольшую хитрость и пойти по пути наименьшего сопротивления — к судье, который уже выдавал Нику ордер на арест по двойному убийству на прошлой неделе. И который, по словам напарника, был обо мне хорошего мнения.

Так что я припарковал машину на Темпл-стрит и направился в офис заместителя окружного прокурора. В приемной попросил бумагу, которую второпях просто забыл, достал из кармана пиджака ручку и принялся писать аффидевит — документ с показаниями, которые мне потом придется подтвердить под присягой для получения ордера. Постарался расписать все максимально подробно: о погибшей, о найденном на месте происшествия пузырьке с фентермином, о странных очередях из худых женщин в клинике снижения веса, о записях в уже изъятой карте и обо всем остальном. Перечитал — вроде получалось складно.