Книга Жена незнакомца, страница 28 – Анна-Лу Уэзерли

— Тебе только кажется, что идти некуда, – продолжает Нив. – Но ты должна бороться. В память о детях. Ради себя самой.

Наклоняясь ближе, Нив обдает Кэт тяжелым запахом перегара.

— Для меня-то уже поздно, я совсем старуха, – говорит она. – Мне бы дожить свои деньки с телевизором, книжками да бутылкой виски. Здесь я оказалась только потому, что побоялась посмотреть в лицо своим страхам. Но если бы мне дали шанс… Жизнь, Кэтрин, это ценный подарок. Дар самого Господа. Он только твой и ничей больше. Не растрачивай его попусту – ни ради Сола, ни ради кого бы то ни было еще. Особенно ради тех, кто этого не заслуживает.

Она вынимает из кармана фляжку, делает глоток и протягивает Кэтрин.

— Выпей, деточка. Поможет.

Кэт послушно глотает. Горькая жидкость обжигает горло, и она заходится кашлем.

— Разве он мало у тебя отнял? – продолжает Нив. – Сначала забрали Кая, теперь умер малыш… Все родные отвернулись, потому что не могут смотреть, как ты себя губишь…

Нив гладит ее по волосам, и от этого становится легче, почти спокойнее. От непривычной ласки хочется закрыть глаза и больше никогда не просыпаться.

— У меня есть подруга в Лондоне – Айви. Точнее, подруга моей сестры, но женщина она надежная, будто кремень. У нее свой дом. Я попробую договориться, чтобы ты пожила у нее какое-то время, спряталась. Думаешь, Сол станет тебя искать? Да он по лестнице-то взобраться не может, потому что вечно обдолбанный. Мозгов у него – курам на смех.

Кэт глухо стонет, разрываемая изнутри тысячей противоречивых чувств. Эта неожиданная доброта почти незнакомой женщины убивает. Она давно разучилась принимать добро; оно стало чужим и пугающим.

— Я попробую что-нибудь сделать, – говорит Нив. – Напишу ей. Телефона у нее нет, она не любит технику, есть такие люди. И правильно, если честно. Раньше ведь жили как-то без этих железяк – и ничего, обходились.

Внезапно Кэт пронзает резкая боль внизу живота. Она вскрикивает, а Нив тяжело вздыхает и гладит ее по макушке.

— Ну-ну, деточка, терпи… Как только поправишься, дай себе слово, что решишься сбежать. Не ради себя, так ради ребенка, который должен был родиться и лежать сейчас на руках у мамочки.

Кэт воет, как дикий зверь: думать о сыне невыносимо.

— Вот что я скажу, а ты слушай. Если не решишься, так и сдохнешь здесь, в этой дыре. Сол тебя убьет – ты и сама это знаешь. Рано или поздно он тебя убьет.

Жгучая боль снова поднимается изнутри, и вместе с ней – ненависть, огромная, как волна цунами, готовая смести все вокруг.

— Я и без того мертвая, – шепчет Кэт и теряет сознание.

Дэн

Октябрь 2019 года

После визита в больницу, где работает Бет Лоулер – вернее, как выяснилось, работала до недавних времен, – мы направляемся в Бакхерст-Хилл, надеясь застать ее дома.

— Как думаешь, почему она так быстро уволилась? – спрашивает Дэвис. – Старшая медсестра сказала, что была удивлена: Бет подала заявление безо всякого повода. Ей вроде бы нравилась работа, и справлялась она неплохо.

— Причин может быть множество, Дэвис, – отвечаю я, не желая строить догадки. Но напарница права: внезапные перемены в поведении незадолго до убийства часто бывают тревожным звоночком.

— Симпатичный домик, – говорит Дэвис, когда мы въезжаем в закрытый двор Чейни-Гарденс.

Колеса приятно хрустят по белой гальке. Я поднимаю голову. Здание и впрямь внушительное, с величественным фасадом, но в нем есть какая-то пустота, будто эти стены никогда не знали любви и смеха.