Книга Жена незнакомца, страница 27 – Анна-Лу Уэзерли

— Святый господи, что с тобой такое? – слышит она и замирает.

На пороге стоит соседка, старая ирландка Нив из квартиры напротив. Иногда они перекидывались парой слов, хотя Кэт старалась ни с кем не заводить дружбы: Солу не нравилось, что она болтает с посторонними. Он не любил, когда она открывает рот.

Оставив дверь открытой, Кэт медленно плетется обратно к кровати. Надо лечь, иначе упадет. Нив заходит и закрывает за собой дверь.

— Господи помилуй, – бормочет она, оглядывая грязную каморку и неодобрительно цокая языком. – Я пришла узнать, как ты, деточка. Слышала про твоего крошку… Да, дела… Ты совсем плоха, милочка. Дай хоть воды принесу.

Кэт молчит.

Пробравшись сквозь хлам к кухонному уголку, соседка наливает воды из-под крана и протягивает Кэт стакан.

— Выпей… и вот, возьми. – Она достает блистер с таблетками. – Обезболивающее. Но тебе нужно к врачу. Срочно!

Кэт глотает таблетки, не сказав ни слова. Соседка смотрит на нее с почти осязаемой жалостью.

— Послушай, Кэт, золотце… Так больше нельзя. Если все будет продолжаться, это плохо кончится.

Кэт не понимает, почему снова виновата она. Почему никто не скажет: «Пора остановить Сола, пока он еще кого-нибудь не убил». Всегда одно и то же: «ты должна», «ты обязана». Неужели люди не видят: у нее просто нет сил. Она живет, как в клетке. Вся энергия уходит на то, чтобы подняться утром с кровати и дотянуть до вечера.

— Он убил вашего ребенка, Кэтрин. Следующей будешь ты, понимаешь? Ты и так еле держишься… – Старуха качает головой, громко цокая языком. – Неужто за тебя некому вступиться? Мать, родня какая-нибудь… полиция, в конце концов?

Кэт обращалась в полицию десятки раз. Звонила сама, звонили соседи и мать. Приезжали патрульные, составляли протокол, иногда увозили Сола в участок. Но этим обычно все и заканчивалось – Кэт всякий раз забирала заявление, опасаясь мести.

«Если я из-за тебя сяду, – говорил он, – то, когда выйду, убью. Тебя, твою мать и сестру с сыном. Сначала их – чтобы ты видела, – а потом и тебя».

Может, для посторонних это звучало как бред наркомана, пустая угроза. Но Кэт не сомневалась, что Сол исполнит свое обещание. Она знала, на что он способен. Знала и то, что сама почти такая же, как и он: сломанная, с выжженной душой и лишенная воли. От Кэтрин Паттерсон ничего не осталось. Только тень, послушный зомби Сола Беннета.

— У меня никого нет, Нив, – шепчет она и снова принимается плакать.

Нив гладит ее по волосам, мягко бормоча:

— Слушай меня, деточка; слушай старую женщину, которая прошла через огонь и воду столько раз, что тебе и не снилось. Ты молодая, Кэтрин. Красивая. Умная. Сейчас главное – найти в себе силы, уйти и никогда не оглядываться. Тебе кажется, что выхода нет, но это не так. Нужно просто приглядеться. Очень внимательно.

Кэт зарывается лицом в ладони и воет в голос. Перед глазами стоит личико Коди: бледное, почти ангельское.

— Разозлись, деточка, как следует. И пойми: все, хватит. Ты можешь начать жизнь заново. Позабыть все как страшный сон и быть счастливой. У тебя есть шанс, Кэтрин.

Но как это сделать? Как забыть? Она потеряла все: и детей, и семью, и дом, и друзей, и будущее, и саму себя… У нее отняли даже возможность стать матерью: врачи сказали, что после случившегося родить она больше не сможет. Ей незачем жить.