Книга Этикет для убийц и влюбленных, страница 88 – Анна Фицджеральд Хили

Эти вопросы не дают мне покоя весь следующий день. Они роятся у меня в голове, когда я меняю застежку-молнию на зимней куртке. Отвлекают от разговора с Маршей, когда я отдаю заказанное ею бикини в духе девушки Бонда (в разгар зимы странновато, но у всех свои секреты). Преследуют по пути в аптеку Бобби Ферналда, где я покупаю набор новомодных термобигуди по просьбе Грейс.

Гертруда и Клара смотрят на меня с газетной стойки, пока я листаю выпуск «Мастера детектива» за этот месяц. Прищурившись, разглядываю обложку в бульварном стиле и броский шрифт, пробегаю глазами страницы и останавливаюсь на рекламе катушечных магнитофонов – лучших образцов домашних устройств для звукозаписи. Женщина в жемчугах и в коктейльном платье расслабленно свернулась клубочком возле массивного магнитофона. Мой компактный «Санио Микро-Пак–35» выглядит рядом с ним довольно убого, но цена, четыре сотни долларов, мне не по карману. Уже собираюсь вернуть журнал на место, и тут на пол выскальзывает вложенная между страниц открытка. На ней телефон-подсвечник «под старину». Надпись гласит: «Прослушивание телефонных разговоров под силу любому!»

Что, правда?

После работы я утаскиваю ключи от машины Виктора, чтобы все разведать. Моя надежда: установить прослушку в Вебстер-коттедже. Мой страх: быть убитой в процессе.

Скрипичный концерт Баха придает мрачноватую элегантность заброшенным передвижным домам и ветхим рыбацким лодкам, мимо которых я еду в ближайший магазин электроники в Мачайасе. Уже совсем темно, когда я останавливаюсь возле «Радиорубки». Забрызгав слякотной грязью колготки, врываюсь в магазин и озадаченно разглядываю тянущиеся до потолка полки с телефонами, стереосистемами высокой четкости, радиоприемниками, калькуляторами и удлинителями.

— Магнитофоны вон там, – бормочет молодой человек, грызя печенье. У него сутулые плечи и волосы на вид жесткие, как шерсть джек-рассел-терьера. Кожа такая же тусклая, как и экран портативного телевизора за спиной. Полосатый свитер густо усыпан крошками.

— А откуда такая уверенность, что мне нужен именно магнитофон? – спрашиваю я, остановившись у прилавка.

Глаза-бусинки буравят меня из-за очков в черной оправе. Продавец облизывает губы и окидывает взглядом мое черное шерстяное пальто, бордовый шарф и берет (надеюсь, достаточно шикарный) ему в тон.

— Да по всему видно, – скучающе заявляет он.

— Вообще-то я ищу… – Поправляя берет, слегка съехавщий набок, я объясняю, что мне нужно, и заключаю: – Это для учебного проекта, и я про-сто в растерянности.

Продавец отряхивает свитер, встает и ведет меня вдоль рядов, усыпая крошками свой путь. По дороге он не глядя хватает с полок то одно, то другое.

— Люди за этот хлам уйму денег выкладывают, а такое можно дома самим собрать, была бы голова на плечах.

Он тараторит инструкции, и я второпях выхватываю из сумки дневник, стараясь ничего не упустить. Продавец возвращается к прилавку и берет кусачки. Отрезает конец электрического кабеля и ножом соскребает эмалевое покрытие с медных нитей. Прерывается, чтобы развернуть новое печенье, потом скручивает вместе металлические детали и отрезает конец телефонного шнура. Я в легкой оторопи слежу за его работой. Никогда не недооценивайте унылого ботаника^[40] из провинциального городка.