Книга Тихие люди, страница 30 – Пол Клив

Кент ведет нас вдоль длинного конференц-зала с прозрачной стеной, превращенного, судя по всему, в оперативный штаб. В торце установлена длинная доска с фотографией Зака, окруженной множеством стрелок, надписей и других снимков, а рядом – большая карта нашего района, утыканная цветными булавками. В итоге мы оказываемся в комнате размером с мой домашний кабинет. В центре – квадратный стол, из окон открывается вид на город. Совсем не похоже на комнату для допросов, но это именно она. Мы с Лизой садимся по одну сторону стола, и детектив Кент вежливо интересуется, не принести ли нам попить. Я теряюсь с ответом. Вдруг, если я скажу «да», бабочка взмахнет крылышками^[5] и где-то умрет Зак? Или даже хуже, скажу «нет» – и Зак все равно умрет, но в ужасных муках?

— Мистер Мердок?

— Я… даже не знаю.

— Принесу вам обоим, – решает детектив Кент, и это к лучшему, ведь у меня давно пересохло в горле. Такое ощущение, будто я долго и глубоко дышал над пыльным мешком. Выходя из комнаты, Кент прикрывает за собой дверь.

Мы с Лизой впервые остаемся наедине с тех пор, как сегодня утром обзванивали народ.

— Мы вернем его, – говорю я. – Обещаю.

Мои слова пусты, Лиза это знает и говорит:

— Ты не можешь этого обещать. Знаешь ведь, как это бывает. Знаешь, к чему это может привести.

Она не смотрит на меня. Я кладу руку ей на плечо, но Лиза, увернувшись, отстраняется, и мне опять хочется плакать. Моя жена, сгорбившись, вперяет взгляд в скрещенные на столе ладони.

— Почему, Кэмерон? Почему ты сказал Заку, что он может сбежать, если захочет? Как ты мог спороть такую чушь?

— Мне показалось… – говорю я, но обрываю себя. Не так уж и важно, что я решил, будто передо мной – очередной приступ ДНЗ во всей его красе. Важно то, что бабочка взмахнула крылышками, и Зак исчез. – Прости, – говорю я. – Мне очень, очень жаль.

Она бьет меня по лицу. Хлопок пощечины жестяным эхом звенит в небольшой пустой комнате. Мне больно. Лицо моей жены покраснело, на нем напряженная гримаса. Ее руки дрожат. Это не Лиза. Эта женщина совсем как она, но другая. Ее я вижу впервые.

— Это ты виноват!

Я ищу, как на это ответить, и не нахожу. Лицо Лизы вдруг смягчается, и она подносит ко рту ладонь.

— Я… Мне не стоило этого говорить, и я не должна была тебя бить. Боже, мне даже не верится, что я могла дойти до такого.

— Все в порядке, – утешаю ее я.

— Я не виню тебя. Ни в коем случае не виню…

Дверь открывается, пропуская внутрь детектива Кент с двумя бутылками минеральной воды в руках. Одну она протягивает Лизе, но та не берет, и Кент ставит бутылку на стол. Между тем в дверном проеме появляется и подпирает косяк плечом еще одна женщина. На ней темный топ, туго облегающий тело. Похоже, она способна отжаться от асфальта, удерживая на спине автомобиль. Из-за ее плеча выглядывает детектив-мужчина в костюме, который мне, судя по всему, был бы не по карману.

— Лиза, – говорит Кент. – Вы не будете против перейти в соседнее помещение с детективами Вегой и Трэверсом?

Не ответив, Лиза кивает и всхлипывает, проводит по лицу рукой и, оставив бутылку воды на столе, поднимается и идет к двери. Кент закрывает за ней и садится напротив меня. Я, конечно, догадывался, что рано или поздно детективы захотят разделить нас, чтобы сравнить потом наши показания, но даже так… это больно.