Книга Убийство в летнюю ночь, страница 62 – Тимур Суворкин

Ни один мускул не дрогнул на лице англичанина.

— Там будет опасно. Да и к тому же вы одеты неподобающе.

— Что значит неподобающе? – Ангелина Максимовна шагнула прямо к Гамильтону и указала на свою одежду. – Извольте объясниться!

Девушка действительно полностью подготовилась к вылазке. Платье она надела самое простое, прогулочное, а под ним была от силы пара неотглаженных нижних юбок вместо полудесятка накрахмаленных, которые она надевала в обычные дни.

— И ботинки у меня удобнейшие, для верховой езды!

Тимоха при словах об удобной обуви глубоко вздохнул. Сам он уже успел стереть ноги в неудобных до ужаса штиблетах.

Лицо англичанина стало донельзя строгим:

— Я все сказал, вы не пойдете. Дальше должны действовать мужчины, – резко отрезал Гамильтон. – Я не позволю…

— Да кто вы такой, чтобы не позволять мне? – в голосе Ангелины Максимовны зазвучала сталь. Она повернулась к купцу. Ее тонкие пальцы в белоснежной перчатке крепко сомкнулись на его запястье.

— Фрол Федосеевич – мой близкий друг. А Тимофей, смею напомнить, его приказчик. Если вы откажете мне в праве увидеть, как свершится разоблачение убийцы Арчибальда, то мы втроем сейчас просто развернемся и уйдем.

Англичанин пристально посмотрел на купца.

— Развернемся и уйдем! – мгновенно подтвердил тот, изо всех сил помогая сорваться дурацкому плану.

— Еще как уйдем! – с надеждой в голосе подтвердил Тимоха.

Гамильтон смерил их долгим, полным раздражения взглядом.

— Какое ребячество, – только и произнес он, а затем нехотя кивнул. – Как скажете, но предупреждаю, я не несу за вас, Ангелина Максимовна, никакой ответственности. Вы принимаете это?

— Это моя забота, – резко ответила та.

Англичанин лишь вздохнул и шагнул к старому дубу.

Перекинув трость через забор, он ловко и бесшумно, по-кошачьи взлетел на дерево и перепрыгнул на верхушку стены. Внимательно осмотрев парк, Гамильтон наклонился и протянул Тимохе руку в тонкой перчатке.

Приказчик быстро справился с препятствием, а следом уже вдвоем они помогли перебраться в сад Ангелине Максимовне, одолевшей стену с поразительной ловкостью. Затем полез и купец. Вздыхая и думая, что последний раз он так часто лазал по чужим усадьбам только в детстве, Фрол Федосеевич одолел ограду и, разодрав сюртук об острый ракушечник, упал прямо на искавшего свою трость господина Гамильтона.

Послышалось шипение и какие-то английские словечки, но вскоре тишина была восстановлена. Они прислушались – все было спокойно. Лишь откуда-то издалека ветер доносил слабый звук трещоток сторожей.

Наконец вся компания, запыхавшаяся и изрядно помятая, направилась в темный, густо заросший парк. Выйдя на аллею, скудно освещенную светом пары масляных фонарей, они двинулись к усадьбе. Фрол Федосеевич напряженно смотрел по сторонам. В свете луны мраморные статуи, стоящие вдоль дорожки, выглядели зловеще, словно нагие, побелевшие трупы.

— Здесь, – девушка указала на выросшую перед ними беседку, украшенную чугунным орлом. – Он всегда сюда перед сном заходит. Софья Алексеевна рассказывала. Тушите фонари вокруг.

— А если не зайдет? – с надеждой спросил Фрол Федосеевич.

— Ему же хуже. Тогда призрак посетит его прямо в спальне, – решительно произнесла девушка.

— Ангелина Максимовна, милая, но нельзя так, ну плохо же все закончится! – купец умоляюще посмотрел на девушку, однако вид ее был непреклонен.