Книга Бедовая ведьмица, или приключения на мой хвост, страница 13 – Светлана Калинникова

Будто попав в королевство кривых зеркал, я видел изъяны и измененное состояние той реальности, в которой я жила. У меня образное мышление, я вижу и чувствую силуэтами, фигурами, запахами, вкусами. Кроме страны с кривым отображением жизни я вспоминала еще и Алису в стране чудес. Сюрреализм, сумасшествие и боль. Горечь и снова боль.

В суде Лена плакала, просила наказать меня строже, показывала фотографии после избиения. Фотографии были отличные - синюшное лицо с красными пятнами. Я мысленно похвалила себя – от души эту дрянь разукрасила.

С Леной был адвокат. Он никак себя не демонстрировал, поддерживал во всем Лену и коротко говорил об очевидности моих действий.

Свидетель Колесников Сергей Владимирович, несмотря на разъяснение, что он может не свидетельствовать против меня, объяснил, что желает дать показания. Судья оказалась чрезвычайно чуткой женщиной. «Дочь все-таки», - сказала она.

Ах, папа-папа! Мой любимый папа, наш семейный оплот и наша гордость! Когда ты определил меня в стан неприятелей? Ведь так ты расправлялся только с конкурентами? А я твоя дочь. За что?

Судья выслушала всех, старалась подвести меня под раскаяние, но даже ее опыт не переломил мое упрямство и уверенность в собственной правоте.

Она прямо спросил Лену, какие отношения связывают ее и отца. Адвокат резво вскочил, возмутился и сказал, что секретарь – это как доверенное лицо. Он начал так вдохновенно врать о том, что они с моей мамой были чуть ли не подругами, что я фыркнула от смеха. В этом перфомансе, вообще, дно можно найти? Есть еще, куда падать?

— Может на вас повлияла смерть мамы? – участливо и осторожно спросила судья.

— Скоро сорок дней, - ответила я.

Все закончилось быстро, мне назначили штраф, и мы стали расходиться.

— Пап, за что? – спросила я его на пороге суда. – Хорошо, я согласна, не нужно было бить ее. Я не права. Но, папа, она свалила на моих глазах нашу семейную фотографию. Господи, какие слова она говорила! Я не могла сдержаться. Ты же понимаешь меня? Но ты же мог не доводить все до суда?

— За все, Даша, нужно платить. Жизнь всегда выставляет счет, – ответил он.

Папа закурил и в абсолютном спокойствии продолжил:

-Тебе нужно освободить дом и переехать в квартиру, которую мы покупали. На время.

— А что потом? Из моей квартиры ты меня тоже выставишь?

— Она не твоя, а Вадима. Не думаю, что твоему двоюродному брату понравится долгое проживание постороннего человека.

Так я узнала, что жилья у меня тоже нет. После назначения штрафа за административный поступок я распрощалась с мечтой о работе в Трибунале.

Смерч сметал мою жизнь, бил наотмашь и не останавливался. Я позвонила тете Юле накануне сороковин. Тетка сказала, что она полностью их организует, а отец берет на себя все материальные расходы.

— Тетя Юля, давайте встретимся, поговорите со мной. Я словно в страшный сон попала. Что вообще происходит? Мне кажется, что я изгой, что меня просто выкинули из семьи?

— С отцом разговаривай, Даша. Ко мне это никакого отношения не имеет. За все свои поступки надо отвечать, ты уже давно взрослая.

— Господи, да за что? Штраф я оплатила. Или вы не про Лену?

— Даша, через месяц нужно освободить квартиру, Вадим будет там жить со своей девушкой.

Вот и поговорили.

Точка была поставлена в тот момент, когда Лена подала иск о взыскании с меня морального вреда. Отец сопровождал ее в суде с адвокатом.