Книга Избранная, страница 187 – Юлия Белова

— Госпожа, что случилось? — взволнованно спросил Коэф-младший.

— Не важно. Могу ли я узнать причину несанкционированного совета? — её голос разрезал тишину, не оставляя места для возражений. — Госпожа Садише, я всё ещё жду ваших объяснений. Что вы здесь делаете?

— У меня внук умер. Эта причина достаточно веская? — огрызнулась Садише, но в её тоне уже не было прежней уверенности — лишь шипение загнанного зверя.

— Повелитель покинул этот мир пять дней назад, — парировала Анна, и каждое слово звучало как удар молота по наковальне. — Вы не явились на молитву, не появились на похоронах. Даже к могиле не подошли. Зато тут же примчались в зал совета. Не думаю, что ваша печаль была такой уж большой.

Садише молчала. Её губы дрогнули, но ответа не нашлось. Слова Анны били точно в цель, обнажая ложь, которую она так старательно прятала.

Но тут вперёд выступил один из её соратников — высокий, сухопарый мужчина с глазами, горящими фанатичным огнём.

— Наша обязанность как членов совета Повелителя, по велению Рохана, выбрать нового главу! — провозгласил он, вздёрнув подбородок. — Страна осталась без наследника. Ситуация чрезвычайная. Начнётся смута, и…

— Не думаю, что сам Рохан обязал вас к этому, — перебила его Анна, и в её голосе прозвучала такая сталь, что мужчина мгновенно умолк и отступил назад, словно от удара.

Тишина снова окутала зал, но теперь в ней чувствовалась иная энергия — не страх, а ожидание.

И тут заговорил другой советник — невысокий, с седыми висками и хитрым прищуром:

— Ваш супруг умер. Как примерная жена вы обязаны покинуть дворец и отправиться во Дворец Плача.

Его слова повисли в воздухе, словно ядовитый туман. Но Анна даже не дрогнула. Она лишь слегка повернула голову, взглянув на него с таким спокойствием, что это само по себе стало угрозой.

— Понимаете… — попытался смягчить резкость предыдущего высказывания третий советник, подбирая слова с осторожностью змеи, скользящей меж острых камней, — теперь ваше присутствие здесь…

— Закономерно, — вновь перебила его Анна, и голос её прозвучал как звон хрустального колокольчика — чистый, твёрдый, не допускающий возражений.

— Но позвольте…

Анна устремила на него взгляд своих синих глаз — глубоких, словно горные озёра, в которых тонули любые возражения. Советник поперхнулся собственными словами, будто натолкнулся на невидимую стену.

В зале начал нарастать недовольный гул — ропот возмущённых голосов, скрежет зубов, шуршание мантий. Но стоило молодой вдове поднять руку — и всё мгновенно стихло. Словно по мановению невидимого дирижёра, советники замерли, превратившись в послушный хор, ждущий следующей ноты.

Садише наблюдала за этой сценой с нескрываемым презрением. «Трусы! — читалось в её взгляде. — Мнят себя великими людьми, а дрожат перед девчонкой!»

— Господа советники, — голос Анны разлился по залу, как прохладный горный ручей, — я могу упростить вашу задачу. Вопрос с наследником уже решён.

По залу прокатилась волна изумлённых переглядываний. Даже Садише, казалось, на миг лишилась дара речи.

Анна едва заметно кивнула — и Чоксо, словно тень, возник рядом, вручая ей заранее приготовленный свиток.

— Это, — она подняла документ над головой, позволяя каждому разглядеть его, — официальный отказ от всех претензий на трон от Эдданаса Баладжара, сына Джихиньяра Баладжара. Он официально отрёкся от трона Аркахаллы.