Книга Повелительница, страница 90 – Юлия Белова

— Белый женщина уверен? — просто спросил тот, его лицо оставалось бесстрастным, но в глубине глаз мелькнуло что‑то, напоминающее сочувствие.

Анна уверенно кивнула, и этот жест был похож на прыжок в пропасть — решительный, бесповоротный. Чоксо молча принял решение. Резко рванув вперёд, он оттеснил Повелительницу от Ардэна и Тавера — и в тот же миг её окружили варгалы, сомкнув кольцо, будто стальные челюсти капкана.

— Нет! — взревел Ардэн, отталкивая Чоксо с такой силой, что тот отлетел на шаг.

Он рванулся к ней, но путь к девушке был отрезан десятком варгалов — их фигуры, массивные и зловещие, перекрыли все пути к спасению. На шее генерала и всех остальных людей Анны вдруг появилась верёвка, жёсткая и холодная, а резкий толчок заставил всех встать на колени. В один миг их всех обезоружили — оружие с лязгом упало на землю, а руки оказались связаны за спиной. Воздух наполнился тяжёлым дыханием, звоном металла и тихим, бессильным проклятием, сорвавшимся с губ Ардэна.

— Не трогай их! — вскрикнула Анна, рванувшись назад, но крепкие руки варгалов, словно железные тиски, впились в её предплечья, лишив всякой возможности двинуться. Мышцы напряглись в тщетной попытке освободиться, но хватка была беспощадной. Повелительница вскинула голову, отыскала взглядом Тагира и прокричала с отчаянием, в котором клокотала вся её воля: — Я согласилась на твоё условие! Не трогай моих людей!

— Ну разве я могу отказать в просьбе такой милой девушки? — с издевательской учтивостью отозвался Асс Агур, и его губы растянулись в омерзительной улыбке, обнажившей желтоватые зубы. В глазах плясали бесовские огоньки, а голос сочился ядом. — Конечно, мои люди не тронут их. Ведь мне куда интереснее будет увидеть их лица, когда я верну им их обожаемую Повелительницу… сразу после того, как хорошенько ею попользуюсь. Приведите её ко мне!

Анну грубо поволокли в Дом. Её люди бросились было на помощь, но варгалы держали крепко — железные хватки не ослабевали, кулаки сжимались на плечах, на запястьях. Оглянувшись через плечо, Анна успела поймать взгляд Ардэна — в его глазах плескались боль и ярость, такая жгучая, что, казалось, могла бы испепелить всё вокруг. В этом взгляде читалась клятва — он не оставит её, он придёт за ней, чего бы это ни стоило.

Её привели на второй этаж. Спертый, затхлый воздух, пропитанный запахом пота, крови и дыма, ударил в нос, заставляя горло сжаться в спазме. Помещение оказалось довольно просторным, но от этого не менее гнетущим — неровный свет факелов плясал на каменных стенах, отбрасывая уродливые тени, которые извивались, будто живые существа.

Первое, что бросилось в глаза Анне, — большой обеденный стол, ныне осквернённый и превращённый в орудие пытки. На нём, прикованная железными кандалами, лежала полностью обнажённая девушка. Её тело, некогда, возможно, прекрасное, теперь представляло собой жуткую картину: синяки расцвели тёмными пятнами, неглубокие порезы рассекали кожу, оставляя тонкие кровавые дорожки. Кровь запеклась на столе и растеклась лужицей на полу, образуя тёмные узоры.

Девушка явно пребывала в агонии. Она тихо стонала, закатывая глаза, а на лбу бисером выступал пот, смешиваясь с кровью и грязью. Волосы, перепачканные потом и кровью, были неровно обрезаны — в некоторых местах их вырвали под самый корень, оставив светлые проплешины, зияющие, словно раны.