Книга Повелительница, страница 209 – Юлия Белова

Она боялась вновь одержать поражение. Боялась не просто не вернуть родину — боялась потерять то, что с таким трудом удалось построить: доверие людей, хрупкий мир в Аркахалле, ощущение, что она наконец-то нашла своё место в этом мире.

Но Анна знала: время страхов тоже нужно пережить. Оно — как тёмная ночь перед рассветом. Пусть будет страшно, пусть будет опасно — она сделает этот шаг. Не ради славы, не ради мести, а потому, что это её долг. И она пойдёт вперёд, несмотря ни на что.

Она — последний представитель династии Рейванджей. Последний осколок прежней, светлой Иррилии. И теперь это её обязанность — сделать так, чтобы иррилийцы вновь стали свободными и счастливыми. От той израненной девочки, проданной на рабском рынке, ничего не осталось. Есть только она — Анна, Белая Волчица, Повелительница Аркахаллы.

Пора действовать.

— Чоксо, — тихо позвала она, не отрывая взгляда от города.

Её самый верный слуга и товарищ, стоявший чуть поодаль, мгновенно выпрямился и подошёл ближе. В его глазах читалась готовность выполнить любой приказ.

— Нам пора возвращаться, — твёрдо произнесла Анна, и в её голосе прозвучала сталь, которой раньше там не было.

Ветер подхватил её слова, развеял по стенам дворца, унёс вдаль — туда, где за горизонтом лежала Иррилия, ждущая своего освобождения.

Во дворе дома на окраине деревни Фарад — самой близкой к столице — на старой деревянной лавке, укрытой тенью раскидистого дерева, сидел молодой мужчина. Ветхая одежда из простого полотна едва сдерживала очертания его крепкого тела: широкие плечи, сильные руки, осанка, выдающая в нём человека, привыкшего к дисциплине. Русые волосы свободно спадали на плечи, слегка шевелясь от лёгкого ветерка, играющего в ветвях над головой.

Взгляд его единственного глаза был устремлён вдаль — в пустоту, где не было ни дорог, ни домов, ни людей. Казалось, ему нет дела до мира вокруг: ни до стрекотания кузнечиков в траве, ни до крика одинокой птицы, ни до шелеста листьев над головой. Но в этом отрешённом взгляде читалось что‑то ещё — тихое удовлетворение, почти медитативное спокойствие, словно он наконец нашёл место, где можно просто быть.

Рядом с ним на лавку бесшумно опустился ещё один человек. Серый плащ с глубоким капюшоном полностью скрывал фигуру, а лицо оставалось в тени. Мужчина даже не повернул головы к неожиданному соседу. Минуты текли медленно, наполненные тишиной и теплом угасающего дня.

— Давно не виделись, — первым нарушил молчание гость. Голос прозвучал мягко, но твёрдо, будто пробиваясь сквозь годы молчания.

Мужчина едва заметно вздрогнул. Медленно повернул голову, вглядываясь в лицо под капюшоном. Тот, впрочем, не смог скрыть взгляда насыщенно‑синих глаз — ярких, глубоких, будто два осколка вечернего неба.

— Ты? — хрипло выдохнул он, и в этом коротком слове смешались удивление, боль и что‑то ещё, что он сам боялся назвать.

— Мне сказали, что ты проводишь здесь довольно много времени, — женщина тоже устремила взгляд вдаль, туда, где зелёные поля плавно переходили в линию горизонта.

Она могла признать: вид, открывающийся с этого места, действительно был прекрасен. Бескрайние луга, покрытые сочной травой, белые отары овец, пасущиеся вдали, — всё это дышало покоем и свободой. Лёгкий ветерок доносил ароматы полевых цветов и свежескошенной травы.