Книга Повелительница, страница 160 – Юлия Белова

Впрочем, даже если бы его кто‑то и увидел — молодому министру было всё равно. Сейчас его волновало лишь одно: он должен встретиться с Анной и наконец выяснить, что происходит. Что скрывается за её усталостью, за этими внезапными исчезновениями, за тем отчуждением, что всё чаще проскальзывало в её взгляде.

К его глубокому огорчению, у дверей покоев сегодня дежурил Тавер. С Чоксо ещё можно было договориться — тот хоть и был суров, но рассудителен. Но с этим телохранителем диалог был попросту невозможен. Джареф порой искренне удивлялся, как Анна вообще держит его рядом — от Тавера, казалось, было больше головной боли, чем пользы.

— Айшир Коэф, довольно раннее время для визита, не находите? — протянул Тавер, лениво приподнимая бровь. Его тон был нарочито вежливым, но в глазах читалась насмешка.

— Мне нужно к Повелительнице, — твёрдо заявил министр, стараясь не выдать раздражения.

— Вам назначено? — Телохранитель слегка склонил голову набок, изучая Джарефа с видом человека, которому некуда спешить.

Джареф сжал челюсти. Настроения и так не было, а эта преграда только подливала масла в огонь.

— Мне по личному вопросу, — коротко обронил он.

— Личные вопросы Повелительница будет рассматривать… так‑так, дайте‑ка вспомнить… Ах да! С десяти до двенадцати. А сейчас, увы, — Тавер развёл руками с притворным сожалением, — вы пришли слишком рано.

— Ты… — прошипел Джареф, чувствуя, как закипает кровь.

— Что здесь происходит? — раздался вдруг резкий голос, и рядом с мужчинами появилась Ферухе. Её брови были нахмурены, а взгляд — колючим. — Министр Коэф, Повелительница ещё отдыхает. Она примет вас позже.

— Но мне нужно её увидеть! — твёрдо стоял на своём Джареф, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

— Я вас услышала. Но прошу, услышьте и вы меня: Повелительница ещё отдыхает, — с непреклонной мягкостью повторила Ферухе. — Тавер, проводи айшира.

С этими словами старшая служанка Повелительницы склонила голову в коротком поклоне, словно ставя точку в разговоре, и направилась к дверям покоев. Её походка была ровной, уверенной — она действовала по давно заведённому порядку.

— Вы слышали, министр Коэф: вас примут позже, — подошёл к недовольному мужчине Тавер, ненавязчиво, но твёрдо предлагая следовать за ним.

Джареф не хотел уходить. В груди закипала горечь: он понимал, что если не сейчас, то Анна снова найдёт предлог, снова ускользнёт от разговора, как делала это уже не раз. Ему необходимо было услышать ответ — прямой, честный, окончательный. Но судьба, казалось, решила сыграть с ним злую шутку.

Ферухе никогда не стучалась в двери покоев Повелительницы по утрам. Она приходила в одно и то же время — когда Анна обычно уже бодрствовала. Случалось, правда, что после долгих ночных трудов Повелительница всё ещё пребывала в постели, и потому Ферухе никогда не тревожила её стуком — чтобы ненароком не нарушить драгоценный сон своей госпожи.

В этот раз всё было как обычно. Ферухе широко распахнула дверь и уже сделала шаг внутрь, но вдруг замерла на пороге. Она совсем позабыла, что вечером Повелительница осталась в своих покоях не одна. Вернее, она не думала, что эта встреча получит продолжение — а если и получит, то продлится так долго…

Тавер, стоявший к дверям спиной, не сразу понял, почему Джареф вдруг застыл на месте. В глазах министра промелькнула острая боль, а следом — горькое, безжалостное понимание. Ответ на его вопрос больше не требовался: он увидел всё собственными глазами. Громко выдохнув, он резко обернулся и ушёл быстрым шагом — почти побежал, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег.