Книга Повелительница, страница 158 – Юлия Белова

— Нет, — упрямо повторила Анна, не сдвинувшись с места. — Пока ты не скажешь, что простила меня.

Ферухе тихо выругалась себе под нос и метнула отчаянный взгляд на телохранителей госпожи. Те, словно по негласной команде, разом прикинулись глухими и слепыми, а затем синхронно отвернулись — будто вид ночного сада за окном вдруг стал для них невероятно увлекательным зрелищем.

— Твое поведение недостойно Повелительницы, — попыталась пристыдить подругу Ферухе. — Это… это… просто ребячество!

Анна лишь демонстративно сложила руки на коленях, откинулась спиной к стене и даже закрыла глаза, всем видом показывая, что готова сидеть так хоть до рассвета.

— Да простила я, простила, — наконец сдалась Ферухе, снова нервно оглядываясь по сторонам.

— Правда? — Анна распахнула глаза, в которых мелькнула искорка лукавства.

— Да. А теперь быстрее вставай!

Анна улыбнулась и вновь прикрыла глаза. В этот миг она отчётливо поняла, что совершила ошибку: уставшее тело, едва оказавшись в сидячем положении, окончательно расслабилось и, казалось, больше не собиралось держать свою хозяйку. Мысленно Повелительница уже прикидывала, как бы ловко уговорить Ферухе устроить ей здесь импровизированное лежбище на ночь…

Но вдруг что‑то изменилось: её мягко, но уверенно подхватили на руки. Чоксо на такое не решился бы, Ферухе попросту не хватило бы сил. Оставался лишь один человек, которому хватало и мощи, и бесцеремонной наглости для подобного поступка.

— Тавер! — воскликнула Анна и резко распахнула глаза, чтобы с изумлением увидеть своего телохранителя — он стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим.

Тавер расплылся в широкой улыбке, явно наслаждаясь ситуацией и даже не думая защищать честь Повелительницы от такого вопиющего нарушения этикета. Рядом, уперев руки в бока, стояла Ферухе — её взгляд красноречиво говорил: «Так тебе и надо!». На прежнем месте невозмутимо застыл Чоксо. Никто из них и не думал спешить на выручку своей госпоже.

— Генерал! Поставьте меня немедленно! — возмущённо воскликнула Анна.

Видя, что помощи ждать неоткуда, она твёрдо решила: раз уж никто не собирается спасать её из этой нелепой ситуации, значит, она сама возьмёт всё в свои руки.

— Ага, сейчас, — хмыкнул Ардэн и, не обращая внимания на протесты, понёс Анну по сумрачным коридорам дворца — прямиком к её покоям.

Повелительница бушевала: ругалась вполголоса, возмущённо шипела, извивалась в его руках, требовала немедленно отпустить. Но Ардэн шёл легко и уверенно — будто не нёс на руках сопротивляющуюся девушку, а просто прогуливался с лёгким свертком в руках. Его шаг был ровным, спокойным, будто вся эта суета вокруг не имела к нему никакого отношения.

Верные стражи — хотя теперь Анна в этом сильно сомневалась — не последовали за ними в покои. Тавер исчез где‑то на полпути: с нарочито беззаботным видом он откланялся, бросив через плечо:

— Раз уж Повелительница под надёжной охраной генерала, я могу со спокойной душой отправиться спать.

Чоксо, как обычно, молча застыл у двери — неподвижный, словно высеченная из камня статуя. Ферухе, поколебавшись мгновение, решила, что сейчас будет лишней, и осталась рядом с ним. В её взгляде читалось что‑то вроде смеси сочувствия и ехидства: «Ну‑ну, посмотрим, чем это закончится».