Книга Рабыня, страница 4 – Юлия Белова

Король Арнэд Трэст Рейнвардж поднялся, чтобы произнести торжественную речь. Его голос, глубокий и уверенный, наполнил зал:

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить день рождения нашей драгоценной принцессы. Благодарю всех, кто нашёл время разделить с нами этот, пусть скромный, но от того не менее радостный праздник.

Завершив речь, он объявил бал открытым.

В тот же миг зазвучала музыка — нежная, переливающаяся, словно ручей на весеннем солнце. Король подал руку дочери, и они вышли в центр зала. Их танец был воплощением грации: плавные движения, синхронные повороты, взгляды, полные теплоты. Гости замерли, очарованные этой картиной — отцом и дочерью, слившимися в едином ритме.

Когда танец завершился и королевская семья вернулась на свои места, к Трианне тут же выстроилась очередь из желающих лично поздравить именинницу. Она улыбалась, благодарила, изящно склоняла голову — и в то же время краем уха прислушивалась к перешёптываниям фрейлин. Те, увлечённые сплетнями, порой забывались, и королеве Эренсии не раз приходилось одёрнуть чересчур разошедшихся девиц, а заодно — мягко напомнить дочери о сдержанности.

Но мысли Трианны были далеко. Её взгляд снова и снова скользил по залу, выискивая одну‑единственную фигуру. Каждый раз, когда их глаза встречались, сердце принцессы срывалось в бешеный галоп, а в груди разливалось тепло, от которого кружилась голова.

И вот, наконец, настал момент, которого она так ждала.

Принц Дамир Сойрэн направился к ней.

Трианна замерла, чувствуя, как дрожат кончики пальцев. Вокруг царило безумие: дамы всех возрастов без стеснения строили принцу глазки, кокетливо поправляли платья, выставляли напоказ декольте. Самые настойчивые матери пытались протолкнуть вперёд своих дочерей, но Дамир, словно опытный танцор, ловко обходил все ловушки, не сбиваясь с пути.

Его взгляд был устремлён только на неё.

С каждым его шагом дыхание Трианны становилось всё прерывистее, а руки — всё холоднее.

— Ваше высочество, своей красотой вы затмили все самые яркие звёзды на небе. Примите мои наилучшие пожелания и поздравления в свой день рождения, — с тёплой улыбкой произнёс принц, склоняясь к руке принцессы.

Трианна почувствовала, как жар предательски разливается по щекам. Мягкие мужские губы коснулись её кожи — и этот невинный поцелуй пронзил её, словно удар молнии. Она с трудом сдержала судорожный вздох, рвавшийся из груди.

Дамир не спешил отпускать её руку — задержал дольше, чем дозволял этикет. Принцесса сглотнула, губы невольно приоткрылись. Эта мимолетная слабость не укрылась от внимательного, чуть насмешливого взгляда принца. На его лице расцвела лёгкая самодовольная улыбка, а в глазах заиграл лукавый блеск.

— Благодарю, Ваше Высочество, вы очень любезны, — едва слышно, чуть запинаясь, ответила Трианна.

Принц едва заметно кивнул и отступил на шаг, переводя взгляд на короля и королеву.

Вот он — миг, который Трианна видела в своих снах три долгих года.

Королева, уловив напряжение дочери, едва заметно подмигнула ей и вновь обратила внимание на принца. За спиной принцессы фрейлины притихли, навострив уши: никто не хотел упустить ни слова из того, что сейчас произойдёт.

— Ваше величество, — голос Дамира, звонкий и уверенный, разнёсся по залу, — я, наследник трона Сорина, старший сын короля Мартина Сойрэна, Дамир Сойрэн, прошу руки вашей дочери.